Книга Запретная алхимия, страница 158 – Стейси Макьюэн

В Школе Искусников через наши классы проходило множество натурщиков и натурщиц, чтобы мы учились рисовать, лепить и ваять человеческое тело. Но чаще всего тела были просто телами. Мне редко удавалось разглядеть в них величие. Но этот человек… Я подумала, что его следовало бы высечь из камня. Пальцы зачесались от желания воссоздать его образ. Я гадала: дело в том, что он действительно особенный, или в той невидимой нити, что нас связала? Может, она искажает мое восприятие.

Я посмотрела на свои руки, сжимающие одеяло. Как невыносимо было думать о том, что придется его предать, когда он так близко.

— Ты разговариваешь сама с собой, когда хмуришься, – раздался его голос. Я вздрогнула и от испуга прижала руку к груди.

Патрик наблюдал за мной из-под тяжелых век.

— Постоянно что-то шепчешь под нос. Будто споришь с собой.

Я шумно выдохнула, перед глазами заплясали искры.

— Иногда так и есть.

— Хм. Сомневаюсь, что кто-то побеждает.

Тембр его голоса творил с моим нутром что-то непозволительное. Кровь забурлила. Его взгляд скользнул по мне, и там, где он задерживался, разливалось тепло.

— Как ты себя чувствуешь?

Будто по мне проскакал табун лошадей. И будто я хочу почувствовать его губы на своих.

— Нормально.

— Выпей воды, – сказал он, кивнув на столик. – От головы поможет.

В голове и правда будто кто-то долбил киркой.

— Спасибо. – Я жадно выпила воду. Затем смущенно спросила: – Ты пробыл здесь всю ночь?

— У Сэма был выходной, – пояснил он.

Я нахмурилась:

— И ты думаешь, что я исчезну, если за мной не приглядывать?

— Дело не в том, чтобы запереть тебя внутри, – вздохнул он, – а в том, чтобы… не впускать остальных. Но в данном случае ты сама настояла, чтобы я остался.

— Я?

Он кивнул, его взгляд скользнул к моей талии.

— И не один раз.

Меня захлестнуло чувство жгучего стыда. Он слабо улыбнулся.

— Я уйду, если хочешь.

— Нет, – выпалила я слишком быстро. Я и так потеряла полдня. Тео не сможет вечно затапливать туннели. – Если только… тебе не нужно куда-то идти?

— Обычно нужно, – признал он, – но не сегодня. Ганнер дежурит в восточных шахтах. Донни я оставил присматривать за рынком. На рассвете пришел Бриггс – в туннеле новая протечка. Чародею понадобится еще день, чтобы все исправить.

— Тео.

— Да, ему.

Вина и благодарность смешались, гася тепло в груди, но не до конца. Я отогнала эти мысли. Используй эти дни с умом.

— А еще ты говоришь во сне, – добавил Патрик. – Начинаю думать, что ты вообще никогда не замолкаешь.

Я закатила глаза:

— И что же я говорила?

— Что-то про пушки, – сказал он, меняя позу. – Что целятся с двух сторон.

У меня во рту пересохло от страха.

— А дальше не знаю. Я уснул. Не просыпался, пока Бриггс не постучал в дверь.

Я постаралась скрыть облегчение, дышать ровнее. Патрик не казался подозрительным. Напротив, он выглядел удовлетворенным.

— Ты как будто удивлен тому, что тебе удалось поспать, – заметила я.

— Я плохо сплю, – напомнил он мне, и я подумала, не имел ли он в виду, что не спит вообще. Что у него в душе никогда не достаточно мира для сна.

Он шумно выдохнул и посмотрел на меня, заставив потупиться. Я не могла объяснить этот страх, что поселился внутри, – это не был страх за свою жизнь. Это было смятение от пребывания наедине с человеком, от которого кровь бежит быстрее.