Книга Запретная алхимия, страница 55 – Стейси Макьюэн

Господи, эти ее ореховые глаза пробирали до костей.

— Я доверяла тебе безоговорочно. – Ее плечи чуть опустились. – Наивно с моей стороны, правда?

Вовсе нет, но Патрик все равно кивнул.

— Сменить имя было умным ходом.

— Это не моя заслуга, – отрезала она, хотя Патрик и сам догадался.

Двенадцатилетняя девочка не смогла бы провернуть такой обман в одиночку. Существовало бесконечное множество вещей, о которых Патрик и Нина не подумали в том дворе, и о многих из них он с тех пор узнал слишком много.

Он не стал расспрашивать дальше. Слишком уж явно дрожали ее ноги, слишком грязно было лицо.

— Выглядишь ты жутко, – бросил он небрежно, первым начав спускаться с холма, просто чтобы отвести глаза. – Идем. У меня есть место, где ты сможешь отмыться. И даже кровать.

— Без темницы?

— На ремонте, – ответил он, усмехаясь звуку ее шагов за спиной. – Цепи заржавели.

Трава шелестела под ее ногами. Дыхание сбивалось.

— А как же мины?

— Не бойся. – Патрик повернулся и пошел спиной вперед, глядя на нее. Постучал пальцем по виску: – Карта здесь. Ступай след в след и держись рядом.

Ее щеки побледнели, и она ускорила шаг.

День угасал, слабое солнце красило сухие стебли травы в цвет льна.

Патрик вел ее сложным, извилистым маршрутом через смертельный лабиринт без каких-либо меток. Мимо одинокой яблони, в обход сломанной телеги.

Он слышал ее тяжелое дыхание за спиной, и на миг ему почудилось его тепло на затылке. Комок встал в горле.

— Ты изменился сильнее, чем я думала, – сказала она вдруг, когда грунтовка была уже близко.

Патрик подумал, что это самое мягкое описание из возможных.

— Так и есть.

— Я читаю газеты, – сказала она. – Каждую неделю. Когда поползли слухи об идиуме, я гадала: не ты ли их распустил?

Патрик издал тихий мрачный смешок. Обернулся – на лице Нины застыло потрясение.

— Я? Нет, Нина. Это мы их распустили. Ты и я, в тот день, когда вломились в тот гребаный подвал.

Она побледнела.

— Эти слухи стали первой искрой войны.

— Именно.

— И все же я должна верить, что ты вывезешь меня из Белавера в целости и сохранности?

— Тебе вообще не стоит никому верить, Нина, – ответил он. – Ни единой душе.

Из грязного проулка между двумя кирпичными домами вылетела стремительная тень.

Пес несся к ним через поле, захлебываясь лаем. На миг он отвлекся на какой-то запах с запада, но короткий, резкий свист Патрика вернул его на курс.

Нина с опаской смотрела на пса, радостно скачущего вокруг них. Она нахмурилась, когда он начал нарезать круги у ног Патрика.

— Привет, Исайя, – сказал Патрик.

Животное тяжело дышало, глядя на него, а потом умчалось прочь, наслаждаясь свободой.

— Здесь нет никаких мин, – сказала Нина. – Верно?

— Есть. – Патрик ухмыльнулся. – Но не поблизости. Это было бы небезопасно, верно?

Он подобрал в траве палку и швырнул Исайе.

— И темниц тоже нет.

Она издала звук то ли раздражения, то ли возмущения.

— Никому не верь, – пробормотала она.

Господи, он надеялся, что она не вырастет красивой.

— Мы не злодеи, Нина, – сказал Патрик. – Просто обычные ремесленники.

— Обычные ремесленники, которые взрывают школы, – выплюнула она.

Он горько вздохнул:

— В свою защиту скажу: мы предупреждали, что идем.

Пес бежал впереди, указывая путь к городу. Его коричневый хвост мотался из стороны в сторону, нос неустанно рыскал по земле. Время от времени он оглядывался на хозяина, но Патрик не обращал на него ни малейшего внимания.