Книга Запретная алхимия, страница 93 – Стейси Макьюэн

Я украдкой огляделась на ближайших посетителей, понизила голос и сказала:

— Чародейка.

Я не стала уточнять, какой именно стихии. Пусть гадают.

— Твою-то мать. Еще одна, Пэт?

Патрик лишь глубоко затянулся сигаретой, выпуская струйку дыма, а я в замешательстве переводила взгляд с одного на другого.

— Еще одна?

— Прошу прощения, – перебил Донни, игнорируя мой вопрос. – Но мне плевать на твое положение. Я имел в виду, кто ты? Ты красивая? Замужем? Кто-нибудь, скажите мне, стоит ли за ней приударить…

— Только если хочешь провести ночь в канале, Донни, – ровным голосом предупредил Патрик.

— Ха! – рявкнул Скотти. – Да он и рыбу не обаяет, будь он хоть дождевым червем.

Донни нахмурился, его незрячие глаза сузились.

— Чтобы ты знала, – сказал он мне, на ощупь находя мою руку на столе, – у меня там куда больше, чем червяк. Скорее, размером с…

— Заткнись, Донни, мать твою, – простонал Патрик, с силой туша сигарету в пепельнице и резко вставая. – Давайте уже закончим этот балаган.

— Но еще нет и полседьмого, Пэтти, – возразил Бриггс, откидываясь назад, чтобы посмотреть на старые, с треснувшим стеклом напольные часы у стены.

Патрик окинул взглядом забитый людьми паб. Я проследила за его взглядом: какая-то женщина, хохоча, начинала взбираться на стол, а двое мужчин сцепились в углу, хотя из-за тесноты они могли лишь вяло тянуть друг друга за уши. Пианино смолкло – его отодвинули к стене, чтобы освободить хоть немного места.

— Сойдет, – решил он.

Затем направился к бару.

Я смотрела, как он коротко переговорил с женщиной за стойкой, разливавшей пиво из бочонка. Я видела, как ее плечи поднялись и опустились в тяжелом вздохе, а затем она извлекла из-под прилавка большой медный колокол.

Как только тот начал звонить, пронзительно и настойчиво, шум стих. Дерущиеся мужчины замерли, не разжимая рук. Женщина на столе неловко присела, не зная, куда деваться.

Патрик отхлебнул спиртного прямо из бутылки, на мгновение прикрыл глаза, собираясь с духом там, где его мало кто мог видеть, а затем легко вскочил на стойку.

Никто не хлопал. Никто его не приветствовал. Было слышно лишь тихое звяканье стаканов и напряженное, выжидающее дыхание толпы.

— Пара объявлений, – громко произнес Патрик, не тратя времени на предисловия. – Первое: сегодня днем прибыла партия товаров и продуктов. Завтра наши рыночные столы будут полны.

Зал взорвался возгласами одобрения. В воздух взметнулись кулаки.

— Но! – крикнул Патрик, и толпа мгновенно стихла, как нашкодившие дети перед строгим учителем. – Если мы увидим тот же хаос, что и в прошлом месяце, некоторые останутся ни с чем. Ты меня слышишь, Рэндерсон?

Патрик устремил взгляд на мужчину, который медленно сползал со стула, пытаясь слиться с полом.

— Если начнешь лезть без очереди, Скотти вышвырнет тебя вон. Жди своей очереди, ты усек?

Мужчина уткнулся носом в свой стакан.

— Да. Прости, Пэт, – пробормотал он.

— Второе. Сегодня на рынке перехватили барыгу. Его товар выбросили в канал. Любой, у кого есть информация о происхождении… блаффа, который у него был, будет щедро вознагражден. И если понадобится… – Патрик сделал многозначительную паузу. – Мы проведем еще один обыск, по домам. Чтобы найти всех, у кого он есть, и тех, кто его варит.

По толпе пронесся нервный смешок. Несколько женщин переглянулись, многозначительно подняв брови.