Книга Чужак и не его Сновидица, страница 267 – Рина Белая

— Неназванные атаковали внешний периметр.

Я выпрямила спину и сделала глубокий, жадный вдох, впервые за долгое время почувствовав, как тугой узел внутри немного ослабевает. Шед. Лилла. Они пришли за ним.

Старрак заметил мою реакцию и усмехнулся.

— Рано радуешься. Ивор, узнай обстановку и доложи лично мне. Остальные – на верхний ярус. По возможности брать живыми. Мне нужен материал для исследований.

Бойцы сорвались с места, а Старрак остался в нескольких шагах от меня, ни на мгновение не выпуская меня из виду.

— Неназванным не пробиться внутрь, – сказал он. – Эта крепость не зря носит такое название. Световые установки и резонансные пушки стоят по всему внешнему периметру. А у гарнизона достаточно парализующих капсул, чтобы подавить любое вторжение.

Я смотрела на его жесткие усы и сухие губы, мысленно перебирая варианты. В голове крутилась нелепая мысль: нужно каким-то образом заставить Старрака меня поцеловать и надеяться, что с ним случится то же, что с якорем. Тогда он перестанет быть проблемой.

Зарница, наверное, это будет самая мерзкая просьба, которую ты когда-либо слышала от своих воспитанников, но не могла бы ты… – закончить мысль я не успела.

Замок содрогнулся. Удар был такой силы, что по стене за спиной Старрака побежала трещина. С потолка на каменный пол посыпались пыль и мелкая крошка.

Я вскинула голову. Даже представить было страшно, что должно было произойти наверху, чтобы заставить дрогнуть такую толщу камня.

— Что будешь делать, если твоя хваленая оборона не удержит их?

Старрак оскалил зубы в подобии улыбки.

— Гарнизон откроет аварийные шлюзы. Вода пойдет по нижним ярусам и затопит лаборатории и камеры до самого потолка. Вы оба захлебнетесь раньше, чем неназванные успеют сюда добраться.

Дверь распахнулась, и в лабораторию ввалился окровавленный боец.

— Командир! Резонансные установки уничтожены. Все разом. Внутренний периметр прорван. Они уже в крепости.

Старрак не стал тратить время даже на ругань.

— Открыть шлюзы и запустить аварийный сброс, – приказал он.

А затем с холодным бешенством шагнул к платформе и занес клинок над грудью Мархуса.

Я еще не успела осознать, что происходит, а тело уже сорвалось с места. Я бросилась наперерез.

Клинок вошел мне в плечо почти по самую рукоять. Боль ударила так резко, что из легких вышибло воздух. Темнота мгновенно рванулась к телу, сомкнулась вокруг меня и вытолкнула из лаборатории.

Последним сквозь нарастающий шум в ушах пробился голос Старрака:

— Уходим! Немедленно! Нужно успеть покинуть…

Перед глазами уже проступали знакомые, пропитанные сыростью стены камеры, на полу обретало очертания тело мертвого якоря, а тьма стремительно истончалась, готовая окончательно схлопнуться и выбросить меня обратно в реальность.

Нет! Не смей! Назад!

Крик родился где-то внутри и на мгновение перекрыл даже боль в плече. Я изо всех сил потянула тьму на себя, не позволяя ей рассеяться.

Тьма никогда не была материальной, за нее нельзя было ухватиться руками. Но сейчас я вцепилась в нее всем, чем могла: волей, взглядом, дыханием, руками. Пальцы судорожно сжимали пустоту, пока она вдруг не начала уплотняться вокруг кистей и запястий, давая мне опору.

И только когда черное пространство сна приняло меня целиком, я опустила голову и позволила рукам бессильно опасть.