Книга Чужак и не его Сновидица, страница 293 – Рина Белая

Мархус отпустил мои руки лишь затем, чтобы провести ладонью по боку и жестко притянуть бедра к себе.

— И еще раз попробуешь подсунуть мне политику между твоими губами и моим членом – читать свои проклятые книги станет для тебя единственным развлечением на ближайшую вечность.

Его ладонь легла мне на затылок. Пальцы жестко вплелись в волосы, заставляя запрокинуть голову и встретиться с его потемневшим взглядом.

— Хочешь меня – бери. Хочешь что-то от владыки Иркалла – сядь напротив и скажи прямо.

Вместо ответа я обхватила его за шею, сама притянула к себе и поцеловала.

На этот раз он позволил мне вести ровно один вдох.

Потом он подхватил меня под бедро, и мир очень быстро сузился до горячего тела надо мной, тяжелого дыхания и одной совершенно ясной мысли:

Зарница, этому демону вообще знакомо слово «тактичность»?

Ивен Арклей не спал.

Я поняла это сразу, едва передо мной раскрылся темный проем перехода и показалась комната.

Он сидел на полу возле кровати, прислонившись спиной к стене. Рубашка была расстегнута у горла, обычно аккуратно зачесанные волосы растрепались, под глазами залегли темные тени. Рядом на каменном полу стоял нетронутый стакан воды.

Он заметил меня сразу. Взгляд задержался на моем лице, затем переместился за мое плечо – к Мархусу, стоявшему у стены.

— Вот незадача, – негромко произнесла я, подходя ближе и опускаясь перед ним на корточки. – Я ведь обещала стать твоим кошмаром. А ты не спишь.

Арклей несколько секунд смотрел на меня, не двигаясь. Ни один мускул на его лице не дрогнул.

— У тебя и наяву это неплохо получается.

Я тихо хмыкнула.

Мне хотелось спросить о многом. Что произошло после того, как нас с Мархусом увезли? Сколько воспитанников осталось в живых? Что стало с Киланом и Эхной, которых я видела во дворе перед тем, как потерять сознание? Но в итоге я спросила о том, что уже давно не давало мне покоя.

— Ты знаешь, что стало с Дорном?

Ивен ответил не сразу.

— Он умер. Как и остальные, кто нарушил клятву, данную Хранителю. Они сгорели за несколько дней.

Перед глазами на мгновение встал не суровый магистр, запиравший меня в келье, а человек, который каждый год приносил мне подарки на день рождения, спорил с ректором и в последний момент вырвал меня из рук наставницы, оставив там два пальца.

Я моргнула и поспешно опустила взгляд, потому что глаза вдруг защипало. Сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться, и только после этого снова посмотрела на Арклея.

— Ты знал про Восьмой завет?

Ивен чуть подался вперед и ответил сразу, заметно жестче прежнего.

— Нет. Я не знал о Восьмом завете, Мирена. И даже предположить не мог, что все закончится именно так.

Ивен тут же посмотрел за мое плечо и почти сразу откинулся обратно к стене. Судя по всему, Мархус отреагировал, показав что его движение ему не понравилось.

— Как именно меня будут пытать? – спросил он.

— Никак. У меня совсем другие планы. Я просто покажу тебе несколько мест, а потом верну обратно целым и невредимым. Взамен попрошу только одну услугу.

— Чего ты хочешь?

— Через пару часов ты узнаешь о смерти графа Ульриха Воррана. Сегодня он женился на Ливии Локхарт. Это была их первая брачная ночь. Думаю, объяснять тебе, на кого в первую очередь падут подозрения, совершенно не обязательно. Мне нужно, чтобы этим делом занялся именно ты. Лично допросил Ливию и выдал свое заключение. Если захочешь убедиться сам, задай ей один вопрос: убивала ли она графа Ульриха Воррана. Она ответит честно. И я очень советую на этом остановиться.