Книга Безмолвный перевал, страница 45 – Александр Тамоников

Однако вновь нашлись упорные инженеры, верившие в безграничные возможности БПЛА. Те выкрутасы, которые наблюдал над собственной головой Богданов, убеждали его, что за беспилотниками будущее. С ходом времени несовершенства устранятся, недостатки сгладятся, и война завтрашнего или послезавтрашнего дня будет вестись силами беспилотной авиации.

Сейчас ясно одно. Американцы повторили наш успех, при этом существенно повысили маневренность аппарата, сделали его пригодным для патрулирования, заметно увеличили время пребывания в воздухе. Словом, новая техника собрала все плюсы и возможности предшественников и, видимо, освободилась от большинства минусов, присущих ранним моделям. Как удалось этого добиться? Надо полагать, благодаря передовому «электронному мозгу», поскольку только мощная и компактная ЭМВ обеспечит полноценное взаимодействие беспилотника с центром управления.

Бреющие полеты БПЛА над караванами свидетельствовали еще кое о чем. О том, что устройство не только фотографирует, но и ведет видеоразведку с передачей картинки на базу, как это делали «Мастифы».

Богданов живо представил, как американские солдатики собираются в палатке за пультом управления и весело галдят у телеэкрана, по которому в прямом эфире крутят развлекательное телешоу: как при виде жуткого черного «Шершня» пищат и мечутся со страху бабы кочевников.

Поэтому полковник приказал прятать лица. Нельзя допустить, чтобы телекамера показала в пустыне группу русских, маскирующихся под номадов.

«Шершень» пробасил над головами на высоте примерно пяти метров и, взмыв в небо, помчался в направлении границы с провинцией Кандагар. Центр управления БПЛА, судя по результатам многих наблюдений, находится именно там.

Балох, как и спецназовцы, внимательно слушал объяснения советского полковника.

— То есть там летчика нет? — не верилось агенту.

— Нет, этой штукой управляют на расстоянии и следят за происходящим здесь по телевизору.

Брови изумленного белуджа исчезли под чалмой. Он хотел что-то сказать, но слов не нашел, лишь покачивал головой. Зато Уфимцев первым пришел в себя и задал самый главный вопрос:

— Это просто шпион или он может атаковать?

— Боюсь, что может, — ответил Богданов. — Сдается мне, это и есть то «всесокрушающее оружие», которое Америка поставила моджахедам.

— Не похоже, что на борту большой боезапас, — усомнился Дубко.

— Согласен, убойная сила не велика. Думаю, эта гадина берет маневренностью и управляемостью, она способна метко наносить точечные удары. Ну, к примеру, может сбросить гранату конкретно на ту машину, которую хотят подорвать. Но я гадаю, точно ни в чем не уверен. Вы поймите, мужики, боевые беспилотники пока еще не выпускают. Если это — «Шершень», то он первый такой. Какие у него возможности, я и представить не могу.

Вячеслав Антонович осознал, что говорит быстро и дышит часто, возбужденно. Понимание возможностей нового устройства вывело спецназовца из равновесия. Нечасто полковнику случалось вот так легко терять голову, а тут случилось. Ладно бы вокруг взрывы грохотали, пули свистели, так нет, ясное небо и негромкое гудение над макушкой, а тертый калач, каким все считали Богданова, утратил хладнокровие.

— Захватить бы экземплярчик и доставить домой, — мечтательно произнес Лепилин.