Книга Безмолвный перевал, страница 46 – Александр Тамоников

Спецгруппа дружно отозвалась одобрительным кряхтением и покашливанием. Каждый понимал, что захват вражеского БПЛА неизвестной модели принес бы огромную помощь советским Вооруженным Силам. Увы, вряд ли в ходе операции удастся заполучить бесценный трофей.

* * *

Верблюды перенервничали, как и люди, отчего привал пришлось сделать раньше срока. Через часок последовал второй привал «по просьбам трудящихся», потому что у наездников одеревенела и отваливалась от напряжения спина. С какого-то момента из-за онемения мышц спецназовцы перестали ощущать, как вдоль хребта ручьями струится пот. В итоге из-за двух остановок вместо одной дойти до стоянки клана засветло не получилось. Уже смеркалось, а караван еще чинно шествовал через пески. Надвигающаяся темнота белуджа не беспокоила, он и ночью прекрасно ориентировался, хотя серп ущербной луны давал мало света.

— За нами следят, — неожиданно объявил погонщик. — Это не беспилотник, это человек.

Естественно, спецназовцы в темноте на тот момент ничего не разглядели. Однако Богданов отметил их отличную выучку, так как по прошествии нескольких минут ребята, хоть и не знали пустыню так, как кочевник, действительно уловили в отдалении странные звуки, которые не могло издавать животное или машина. Там, ломая сухие кустики биюргуна, перемещались люди. Еще через десять минут на значительном расстоянии по правую руку мелькнул огонек костра. Белудж сделал знак останавливаться, караван прекратил движение. Местная пословица предостерегает: «Не иди ни на свет костра, ни на лай собак». Проводник велел отряду не трогаться с места и пояснил, что с одним только «узбеком» поедет к костру перекинуться парой слов.

— Я же на пушту не говорю, — удивился Дорохин. — Да и на других здешних языках тоже.

— Говорить тебе не придется, этим займется Балох, — переводил Богданов. — По легенде, мы узбеки из северных провинций, на местном ни бельмеса. Будешь молча сидеть и надувать щеки, как уездный предводитель дворянства.

— Зачем вообще туда идти? Не опасно нам разделяться?

— Там бандитов нет. Ну, или почти нет, — кое-как успокоил полковник Дорохина.

Белудж пояснил, что моджахеды так долго не стали бы вести наблюдение. Обнаружив караван, они бы наскоро провели разведку и, подсчитав силы противника, нанесли удар. Или, решив, что путники безобидны, просто тормознули бы для проверки. С другой стороны, обычные торговцы не додумались бы, да и не сумели организовать охрану периметра. Тут военная смекалка нужна. Следовательно, загадочные люди, остановившиеся на ночлег посреди пустыни, — отряд Бахира.

Об этом вольном соколе Богданов изрядно наслышан. Бахир в войне не участвовал, ничьей стороны не принимал и вмешивать себя в распри не позволял, обеспечивая мир своему племени. Человек просил, как ему казалось, немногого, «всего-то» абсолютного самоуправления. Государство таких подарков обычно не делает, однако в условиях раздрая и разрухи афганские власти посчитали глупым отрывать от армии войска, чтобы навести порядок в пустыне, где навести порядок невозможно. Это означало оставить среди барханов гору трупов, при этом так и не подчинив независимых кочевников. Поэтому на беспредел до поры до времени махнули рукой. Хочется Бахиру зваться Шейхом Регистана — пускай потешит свое самолюбие.