Книга Безмолвный перевал, страница 49 – Александр Тамоников

— Родовитые белуджи не берут в жены мекрани. У нас говорят: «Чем темнее кожа, тем хуже». Но я человек незнатный, мне можно жениться на черной. Как по мне, лучше верная и достойная, чем блудливая и сварливая, а на кожу смотреть надо в последнюю очередь.

— Я тоже считаю, что от цвета кожи ничего не зависит, — честно сказал Богданов.

Балох его солидарность понял по-своему. Белуджу хотелось похвастаться женой, которой неприкрыто гордился, и он принял отзыв полковника как похвалу правильному выбору супруги. В любом случае, несмотря на взаимное непонимание, агент остался доволен.

— Ужинайте и отдыхайте, — радушно предложил Балох, подводя русских к шатру для гостей. — Сейчас время позднее, чтобы вести серьезные разговоры. Завтра поутру я вас разбужу.

Поразительно, как война осложняет жизнь и превращает в многоэтапное испытание любое простое действие. В мирное время, случись необходимость сотруднику КГБ отправиться на переговоры с кочевым племенем, он поехал бы с белуджем один, без «свиты». Сегодня же пришлось снаряжать целый караван. Вдвоем Богданова и Балоха отпускать было нельзя. Кстати, информатор и сам это понимал. Моджахеды, завидев двух путников, остановили бы их и моментально взяли в плен обоих, так как один из них — «шурави». Русским приходится перемещаться только вооруженными отрядами, иначе никак.

Балоха, к слову, когда он странствовал без попутчиков, тормозили с проверками много раз. Но одинокий белудж, который, по легенде, едет на заработки, подозрений ни разу не вызвал. Таких в южных провинциях полным-полно. Скотоводством нынче не прокормишься, отчего десятки тысяч соплеменников Балоха покидают родные земли, отправляясь чернорабочими на всевозможные стройки и промыслы по всей Азии, а кое-кто и в Африку. Некоторые белуджи сумели получить квалификацию, устроившись в пакистанские горнодобывающие компании.

В горняках некогда побывал Сирдар, которому предстояло провести группу «Дон» в Сулейманы. В поисках счастья и больших денег он отправился в северо-западный Пакистан, в ту его область, которая издревле зовется «Страной Бугти» от названия местного племени. Здешние недра богаты всяческими минеральными сокровищами: углеводородами, рудами железа, меди и других металлов, сурьмой, прочими ископаемыми. Несмотря на обилие ресурсов, добывающая и тем более обрабатывающая промышленность в регионе развита слабо. Западные компании и правительство вложились лишь в три отрасли — уголь, нефть и хромиты. Впрочем, и эти отрасли едва дышат, лишь снимая сливки, без попыток развивать и расширять производство. Активнее всего ведется добыча каменного угля, и Сирдар искренне надеялся попасть на одну из 74 угольных шахт Белуджистана.

С первой попытки план провалился, поскольку на вакансии шахтеров набирались лишь белуджи из бугти и других местных племен. Сирдару пришлось около года проработать в артели, копавшей каменную соль на «хамуне». «Хамунами» в Белуджистане называют соленые водоемы, возникающие на месте пересыхающих озер и стариц. Их берега — топкие болота, сплошь заросшие камышом, а остальная акватория — толстая, многослойная корка выкристаллизовавшейся соли, которую добывают кустарным способом.