Книга Приют Русалки, страница 126 – Лэй Ми

Ночь была темной, как чернила. Он немного замедлился, и Сяо Лань перед ним слилась с ночью – ее фигура стала нечеткой. Он почувствовал панику, поэтому ему пришлось, стиснув зубы, догонять ее, как будто он потерял бы ее навсегда, если б замедлился хоть чуть-чуть.

Наконец Сяо Лань выдохлась; ее огонь постепенно догорал, скорость снизилась. Наконец, еле волоча свои дрожащие ноги, она, пошатываясь, пошла к трибунам. Вскарабкавшись наверх по ступенькам, согнулась и громко выдохнула. Он подковылял к ней, таща плетеную сумку; его грудь сильно вздымалась, и он почувствовал боль в легких. Бетонные ступени помогли охладиться после долгого бега. Сяо Лань уставилась на поле перед собой, затем медленно приблизилась к нему. Он сидел тихо, неподвижно; его щеки чувствовали жар, исходящий от потного лба Сяо Лань. Он не знал, на что она смотрит, но был готов сидеть рядом с ней вот так и дальше, слушая ее сильное сердцебиение.

Спустя долгое время она прошептала:

— Винсент, светает…

Он хмыкнул, поднял голову, глянув на безмолвные здания за стеной, – и стал ждать рассвет вместе с ней.

* * *

Ранним утром Ван Сяньцзян, с растрепанными волосами и съехавшем набок пиджаке, сидел за длинным столом в зале для собраний в муниципальном бюро общественной безопасности, зажав в пальцах почти погасшую сигарету, и тихо дремал. За его спиной, на «кровати», сделанной из нескольких стульев, лежал Тай Вэй и громогласно храпел.

Внезапно тело Ван Сяньцзяна содрогнулось. Он выругался, отбросил окурок, обжигавший пальцы, и потер место ожога. Посидел так несколько минут, глядя в одну точку, затем, причмокнув губами, взял чашку и выпил оставшийся в ней чай. Потянувшись к банке с печеньем на столе, попутно взял еще один список с информацией о резидентах.

Жителю по фамилии Чжан 35 лет, и, согласно их методу разделения карты, он проживает в районе B3. Разведен, живет один. Фоторепортер журнала «Друг сердца». Подвергся жестокой критике из-за отношений с проститутками. Судя по фотографии, привлекателен. Что же касается информации, регистрировал ли он транспортное средство, им нужно дождаться ответа из офиса управления транспортными средствами.

Сяньцзян проглотил печенье, поставил красную галочку в правом верхнем углу таблицы с информацией о жителях и положил ее на стопку отобранных списков. Как раз в тот момент, когда он собирался протянуть руку, чтобы взять еще одно печенье, дверь в кабинет распахнулась и появился судмедэксперт Лао Ду, дожевывая кусок мясного пирога.

— Что там у вас? – спросил он невнятно. – Дело стоит таких переработок?

Ван Сяньцзян, не ответив, просто протянул руку. Лао Ду дал ему другой кусок пирога. Оба, один сидя, а другой стоя, молча ели. Крепко спавший Тай Вэй внезапно шмыгнул носом, громко причмокнул – и снова захрапел.

— А как насчет него? – Лао Ду запихнул в рот остатки своего куска, скомкал жирную оберточную бумагу и бросил ее в Тай Вэя. – Наставник, значит, работает, а лоботрясы крепко дрыхнут…

— Не смейся над ним. – Ван Сяньцзян поднял руку. – Парень не спал всю ночь.

— Как продвигается? – Лао Ду посмотрел на кучу листов на столе. – Почему вы двое единственные, кто работает над этим делом?

— В бюро не хватает сотрудников. – Сяньцзян не хотел больше ничего говорить. Закончив есть пирог, он взял пачку сигарет, достал одну, бросил ее Лао Ду и закурил сам. – Почему у меня такое ощущение, будто я давно тебя не видел?