Книга Шпионская леска, страница 110 – Лен Дейтон

— Видел, — ответил я.

— Теперь тебе все ясно?

Еще далеко не все было ясно, но сказав это, я ничего бы не добился.

— Ну так что, мы вытаскиваем ее оттуда? — спросил я, ожидая, разумеется, положительного ответа.

— В свое время.

— Это чудо, что она продержалась так долго.

— Она удивительно хорошая девочка, — сказал Сайлес. — Прекрасная женщина.

— А Эрих Штиннес тоже возвращается?

Сайлес безучастно взглянул на меня. Шум бензопилы, должно быть, отвлек его. Звук накатывался волнами, все громче и громче, по мере того, как срезались все более толстые ветки, и покрывал все остальное. Дерево чем-то напоминает агентурную сеть — так говорилось в руководствах времен войны. Как и дерево, сеть устраняется, начиная с прутика. Затем ветки, сучья и наконец — сам ствол.

— Штиннес… — произнес Сайлес. — Пожалуй. А разве это важно?

— То есть как? — переспросил я.

— Идея завербовать Штиннеса… для того, чтобы он вернулся и работал на нас, была блестящей. Отличная работа, — сказал Сайлес. Его глаза загорелись. — Если Штиннес действительно возобновит работу, отдел нарушит все правила, чтобы заполучить дворянский титул для Брета Ранселера.

Я внимательно посмотрел на него. Так значит, Штиннес работает на нас. Впрочем, Сайлеса мало волновала судьба этого двойного агента — Фиона, вот кто вызывал его восторг…

— Это сделал Брет?

— Нет. Но идея засылки Штиннеса назад целиком принадлежала Брету. Он много сделал для этого.

— Это было безумием, — сказал я. — Может быть, Штиннес и провернул это, а может быть, они играют с ним. Кто может быть уверен? В любом случае посылать его было безрассудством. Это подвергло Фиону опасности.

— Ты до сих пор ничего не понял? — спросил Сайлес. Он потряс головой — я слишком медленно соображал. — Нам вообще-то глубоко наплевать на этого Штиннеса — он был послан туда с одной-единственной целью: укрепить версию о предательстве Фионы.

— А я-то думал, он должен был помогать Фионе…

— Да нет, что ты! В этом-то вся и прелесть. Никто не говорил Штиннесу, что Фиона снова работает на нас, потому что никто этого и не знает. Все наши поверили, что предательство Фионы стало для отдела самым жестоким ударом из когда-либо случавшихся, и какие бы подозрения ни родились у Штиннеса, он отправился туда, тоже веря в это.

— Вы хотите сказать, что Штиннесу было велено собрать сведения, которые Фиона и так поставляла нам?

— Это было бы прекрасно. Получилась бы та самая симметрия, которая отличает искусство от природы.

Сайлес довольно улыбнулся.

— Да. Операция «Возмещение ущерба». Брет представил это Штиннесу именно таким образом. Штиннес стал всего лишь средством.

— И я тоже, — сказал я с горечью. — Из меня сделали дурака. С самого начала.

Открытие, что моя жена героиня, а не предательница, должно бы обрадовать меня. В какой-то мере так оно и есть, но все-таки мне было ужасно обидно, что меня использовали таким образом. Моя злость распространилась на всех, кто знал о долговременном задании Фионы и скрывал это от меня. На всех, включая Фиону. За окном надрывалась бензопила: наверное, они пилили ствол.

— Ты не должен так к этому относиться, — сказал Сайлес.

Он вздохнул. Это не был один из его лицемерных вздохов прежних дней. Это был вздох старого больного человека, для которого усилие жить уже слишком тяжело.