Онлайн книга «Шпионская леска»
|
— Слыхал о своем приятеле, о Клейндорфе? — Нет, а что? — Умер. — Хэрри осекся, замолчал, должно быть, понял, как ошеломил он меня этой новостью. — Что с ним произошло? — Передозировка. Ты же, кажется, недавно видел его… — По ошибке? — Да какая уж тут ошибка. Еще и выдул бутылку бренди для верности. — Бренди? Для верности? — Ну да, бутылку французского коньяка, лучшего из своих запасов. Думаю, понял, что все равно не захватит его с собой на тот свет. — Бедный старина Руди! — Он был достаточно стар, чтобы иметь надежных друзей по обе стороны Стены. Не много таких осталось. Гроссе Клейнер был последним из старого Берлина, — сказал Пош Хэрри. — Что верно, то верно, — кивнул я. — А кто еще остался? Скажете, Ланге? Но он американец. А эта старая свинья Руди Клейндорф — он знал что почем. И унес свои секреты в могилу. Так-то, Бернард… — Хэрри сжевал кусочек лепешки — сыр он не очень-то жаловал. — Видать, не смог пережить потерю сына. И пошел по той же дорожке: передозировка. Куда теперь, когда «Вавилона» больше нет, денутся все эти бездельники? — Бедняга Руди, — повторил я. — Но все-таки почему он это сделал? — Я слыхал, у него были сложности с властями. Его отец вроде бы числился героем войны. Барон Рудольф фон Клейндорф. Кадровый офицер. Сделал себе имя в зимнюю кампанию на восточном фронте. В то время первая танковая армия выбиралась из Тернополя. Он вытащил с поля боя одного за другим трех своих парней. Все время под огнем: русские должны были бы изрешетить его, но, наверное, метель им помешала — видимость совсем не та… Он был представлен к рыцарскому кресту с бриллиантами или к какой-то другой высокой награде, но не получил ничего. Возможно, поэтому об этой истории столько говорили — имя его стало легендарным в офицерских кругах. Прусский офицер, аристократ, рискует жизнью, спасая своих солдат. — Хэрри ухмыльнулся. — Обзаведись-ка такой репутацией, и тебе всю оставшуюся жизнь придется поддерживать ее, ведь так? По-моему, он был одним из тех меднолобых, которые уверены, что уж их-то никогда не убьют. Ты знал таких, а, Бернард? — Так что же? — А то, что он оказался прав. Такие часто оказываются правы, не так ли? Клейндорф-старший пережил войну и кинулся в драку за своего командира корпуса — того обвиняли в военных преступлениях. И, черт бы его побрал, заметил, что тупица чиновник из комиссии написал в обвинительном акте «Австралийская дивизия» вместо «Воздушная дивизия». Клейндорф-старший добился снятия обвинения на основании этой формальной чуши. Ловко! Говорят, когда Клейндорф посещал собрание ветеранов, его приветствовали громом аплодисментов. Минут по пятнадцать… Руди вырос в тени отца. Думаю, что брать пример с такого старикана — тяжкое испытание. Потому он никогда о нем и не упоминал. — Ты чертовски много знаешь о Клейндорфах, — сказал я. — Мне пришлось проверять его несколько лет назад. Я просмотрел все досье, на папашу также. Захватывающее чтение. — Теперь понятно, почему Руди так хотел, чтобы его сын служил в армии. — Чтобы продолжить семейную традицию? Возможно. Думаю, все мы склонны видеть в ком-то другом желание сделать что-то для своих близких, не так ли? — Не знаю, — ответил я. Хэрри на меня не давил, заговорив снова, он немного подался вперед, как бы подчеркивая значение своих слов: |