Книга Проклятие куклы в пионерском галстуке, страница 98 – Елена Булганова, Ольга Кудрявцева

Кир почти выбежал из комнаты, вприпрыжку помчался к лестнице… но замер на месте, заметив, что в пионерской горит свет, и услышав из-за приоткрытой на пару сантиметров двери отчаянные мольбы:

— Отдайте! Вы порвете, все испортите, а завтра это нужно сдать! Ну пожалуйста!

В ответ раздавались бурный хохот и какие-то шлепки. Мальцев распахнул дверь и вошел в пионерскую. Там он увидел такую картину: Горохов и еще пара парней, встав по разные стороны длинного стола, с веселым ржанием перекидывали друг другу красную картонную папку с завязками. А вокруг стола метался со вздернутыми руками невысокий полный мальчик Сережа Петрик, которого все называли Петей либо Петюней, и он привычно и без возражений отзывался на кличку.

Петрик был одним из самых тихих и незаметных парней в отряде, но, на его несчастье, не настолько незаметных, чтобы не становиться время от времени жертвой Могучей Кучки, как называли себя Витька и его банда прилипал чуть помладше. Сережу дразнили за полную грудь «девчонкой», придумывали массу отвратительных шуток по этому поводу, так что бедный мальчишка надевал под рубашку несколько пар маек и старался быть тише воды ниже травы.

Но зато Петрик умел рисовать и сейчас готовил к итоговому смотру целую серию зарисовок под названием «Наши пионерские дела». Эти зарисовки были призваны стать троянским конем, способным обойти всех в товарищеском соревновании между отрядами. Надо признать, получалось у Сережки здорово. Кирилл сам пару раз наблюдал, как тот работает, и поражался, как из нескольких штрихов карандашом, таких небрежных, вроде случайных, словно по волшебству рождается узнаваемый образ. Ух, даже сердце замирало!

Но кое-чего Кир понять не мог. Например, почему отличную работу Петрик вдруг комкает, с сердитым выражением на круглом курносом лице отправляет в мусорную корзину и тут же начинает рисовать то же самое, только уже иначе. Но как ни всматривался Мальцев, никак до него не доходило, чем же прежняя картинка плоха.

Это непонимание досаждало и будоражило, так что наблюдать за работой он перестал. Знал только, что рисунков уже набралось на целый стенд и что две девочки из отряда аккуратно раскрашивают их красками – Петрик работал только карандашом. А иногда юный художник вскакивал среди ночи и опрометью мчался в одних трусах в пионерскую комнату, чтобы исправить или добавить к рисунку какую-нибудь деталь.

Но сегодня ему не повезло. По его следам накатила Могучая Кучка, завладела самым ценным – в красную папку Сережа складывал только те работы, которыми был полностью удовлетворен. А завязки-то уже болтались свободно, работы норовили вот-вот посыпаться на пол.

— Ребя, вы чего к нему привязались? – спросил Кир от двери.

Негромко спросил, но его услышали. Витька повернул прямо в броске разгоряченное лицо и ответил, лыбясь щербатым ртом от уха до уха:

— Да так, поучить нашего Петюню требуется. А то он меня с такой мордой изобразил, будто она кирпича просит. Я велел ему переделать, а грудастый уперся, и ни в какую! Ну и все, значит, сам нарвался!

По мнению Кира, внешность Витюхи в самом деле просила кирпича, но развивать тему он не стал, просто шагнул вперед и вскинул руки:

— Мне пасуйте.

Тут же папка оказалась у него в руках. Кир хлопнул ею о стол, прижал сверху обоими кулаками и мрачно произнес: