Книга Царь Скорбь, страница 101 – Джо Хилл

Проползши на четвереньках еще немного, Артур окликнул Гвен, и та, дотянувшись до него сквозь мрак и дым, схватила его за руку. Пальцы ее оказались едва ли не ледяными, хватка на удивление сильной.

— Не тронет он нас. Не сможет, – напомнил ей Артур. – Просто пугает, а угощение уже получил.

— Молодец, Артур! Так оно и есть, – ответил дым. – Однако взглянуть, что у нас есть в меню, дракону, пусть и сидящему на диете, вовсе не возбраняется.

Гвен потянула Артура за руку.

— Давай за мной, – шепнула она и разжала пальцы.

Ориентируясь по шороху и стуку, Артур пополз за ней следом и вскоре разглядел справа длинную серебристую полоску лунного света – очевидно, щель между полом и шторами на французских окнах. С другой стороны ждала ночь, а главное, свежий студеный воздух. Кое-как одолев последний ярд, Артур нащупал лбом грубую ткань, отодвинул штору в сторонку и выглянул за окно. Снаружи…

…ударил в лицо безжалостный свет западного солнца на полдороге к зениту, такой ослепительный, что больно глазам.

«Рино».

Каким образом Артур это понял, ему неизвестно, хотя взгляду его открывается четырехполосная улица с двумя казино и джентльменским клубом впереди, на углу. В столь ранний час авеню кажется дешевой, запущенной донельзя.

Глаза Джейн Найсуондер блестят от недосыпа. На ней безрукавка с надписью «Cinderella City»^[78], выведенной поперек груди блескучим курсивом в обычном диснеевском стиле, и глухо побрякивающее ожерелье из чего-то вроде бледно-розовых морских ракушек. «Город Золушки» остался позади, в Колорадо. Там, в местном «Фарреле»^[79], они перекусили мороженым. Джейн заказала вазочку мятного, а Ронни – сливочное с шоколадным сиропом, к которому даже не притронулся. Так и сидел, дымил сигаретой, любуясь, как оно тает. А ближе к ночи Джейн, пытаясь справить нужду в туалете мотеля, увидела, как за занавеской душа поднимается тень, тень змеиного туловища толще японского вяза, с огромным гребнем вроде высокого воротника вокруг головы. Взвизгнув, Джейн вскочила с унитаза и отдернула занавеску. За занавеской не обнаружилось ничего, однако Джейн все равно вырвало – вырвало пригоршней сладковатой кашицы с мятным привкусом. Все это Артур знает, как будто сам был там, в ее шкуре, когда все это произошло, и даже чувствует приторную мятную сладость ее блевоты во рту.

Царя Скорби она после «Города Золушки» больше не видела, а с тех пор миновало три дня. С тех пор она больше не чуяла его мерзкого дыма, а он не будил ее среди ночи одной из лукавых шуточек, не показывался на глаза в виде тени, не грозил чешуйчатым пальцем, не бороздил ночное небо в ста футах над машиной, когда они гнали вперед в потемках. Где-то к вечеру пятницы Джейн пришло в голову, что им удалось оторваться. Что эти козлы, учащиеся в Рэкхеме за счет доверительных фондов, оказались правы… правы как минимум в этом. Вновь подняв руку, Джейн ощупала ожерелье, и на сей раз Артур разглядел, что оно не из ракушек, что это полдюжины иссохших головок чеснока на простой белой нитке. После того как эта дамочка, Оукс, добилась условно-досрочного, бритоголовый киборг по фамилии Рен вышел на связь с Джейн и посоветовал попробовать чеснок: чеснок будто бы порой отпугивает тварей, жирующих на человеческом страхе. Теперь Джейн думалось, что он просто смеху ради пудрил ей мозги. Насколько она могла судить, чеснока огромный змей будто бы не замечал, однако ожерелья, привыкнув к его легкому аромату под носом, так и не сняла. Значит, чеснок не помог, а вот расстояние – да, помогло. К западу от гор дракон не смог продолжить погоню. Наконец-то остался там, по ту сторону дальнего хребта Скалистых гор.