Книга Царь Скорбь, страница 392 – Джо Хилл

— Что Колин науськал на меня Царя Скорбь, – ответила Гвен. – Что в этом году жертвой стану я.

Элли, неудержимо расхохотавшись, прикрыла рот варежкой, лукаво покосилась на Колина и ткнула его в бок локтем: прекрасная, дескать, шутка, а? Колин поспешил улыбнуться в ответ… но Элли заметила в его взгляде что-то не то. Рука ее опустилась, в ярко-синих глазах отразилась растерянность.

— Что?..

Колин перевел взгляд на Гвен.

— Как ты там сказала Робину? «Нападать на него я не стану»… и рука вот здесь, так? – процедил он, коснувшись пальцами ключицы. – То есть решила воспользоваться печатью и натравить на меня Царя Скорбь. Или подождать до будущего года, когда настанет твоя очередь выбирать. Что делать, пришлось защищаться.

— По-твоему, я это имела в виду? – ахнула Гвен, слегка приоткрыв рот. Ее изумление казалось вполне искренним.

— Погоди, как-как? – вмешалась Элли. – Гвен собиралась тебя убить? Я что, с ума потихоньку схожу?

— Руку я приложила к сердцу из-за того, что узнала об Артуре, Колин, – сказала Гвен. – Вполне обычный жест взволнованного человека.

— Что такое она узнала об Артуре? – во весь голос закричала Элли.

Донна взяла ее за локоть:

— Идем, Элли. Пусть взрослые спокойно поговорят.

— А ты услышал то, что опасался услышать, – продолжила Гвен. – Ударение не туда поместил. Нет, ошибаешься. Не «я́ не стану», а «на него́ не стану». И говорила я об охоте на Царя Скорбь. Не на тебя. Все это кончится, стоит только покончить с ним. Конечно, того, что ты сделал с Артуром, я тебе, Колин, не прощу никогда, но убивать тебя не хочу. И вообще никого не хочу. Убийства пора прекратить. Неужели ты сам не чувствуешь? Неужели до тебя все еще не дошло, что, убивая, попросту снова и снова засеваешь пашню зубами дракона?

Колин повертел ее откровения в голове, прикинул, мог ли неверно понять ее фразу, но тут же понял: нет, не о том он раздумывает. Чушь это все. Ей известно об Артуре, и не только об Артуре: он же видел логи ее поисков в «Гугле».

Элли рывком высвободила руку:

— А ну убери грабли!

От ее хмельного благодушия не осталось даже следа.

— Ужасно неподходящее место для разговора, – заметил Колин, оглядевшись вокруг в надежде, что рядом нет журналистов.

Команда из «Эн-и-си-эн ньюс»^[281] уже грузилась в фургон чуть дальше вдоль аллеи. Любопытствующих вроде бы тоже поблизости не наблюдалось.

— Ну, извини, не стала я выбирать для разговора о собственной смерти укромное место, – огрызнулась Гвен. – Прикинула и решила, что надежнее места для встречи не придумаешь. Метка твоя сработает, только если я рядом, в случае активной угрозы. Но здесь, в свой знаменательный день, да в такой толпе ты ее трогать не станешь.

Тут мимо, следом за матерью, громко болтая друг с дружкой, прошли трое детишек из младшей школы, и Гвен, кивнув в их сторону, смерила Колина вызывающим взглядом: видишь, дескать, о чем я?

— Два года назад, – продолжала она, – мы отправили Царя Скорбь покончить с одним ближневосточным капиталистом, втихаря финансировавшим джихад. Дракон застиг его на свадьбе внучки и погубил еще сорок человек. Четыре десятка ни в чем не повинных людей. Ну, а капиталист… может, он финансировал джихад, а может, и нет, но его технологический стартап, выиграв тендер, получил от французского Министерства обороны тот самый подряд, который тебе хотелось заполучить для «Драгонвэр», не так ли? Сознайся честно, Колин: имел ли он хоть какое-нибудь касательство к террористам вообще? Стал бы мужик, финансирующий террор, помогать французским спецслужбам в защите собственных граждан? Одно другому малость противоречит, не находишь? А после – тот адвокат-конголезец. И инженер из Турции. Все или я еще кого проглядела?