Онлайн книга «Царь Скорбь»
|
— Самое скучное ты пропустила, – заговорил он, – однако как раз успела к «Мимозам» и крохотным кишам[277] от деканских щедрот. Пойдешь с нами? Уверен, никто и не подумает возражать. — Это ты убил Артура? – без предисловий спросила Гвен. Колин огляделся вокруг, проверяя, не слышит ли их кто. Нет, все в порядке. С указательного пальца его правой руки, покачиваясь, свисали церемониальные ножницы, пара лезвий не меньше фута длиной, но на груди, под ключицей, имелось оружие куда лучше. С этими мыслями Колин небрежно расстегнул куртку. Если призвать Царя Скорбь сию минуту, народу погибнет всего-то с полдюжины, только те, кто находится ближе всех к Гвен. Однако впечатление это создаст – паршивее некуда, да и день торжества безвозвратно испортит, а дела и без того… В последнее время Колину что ни день приходилось отбиваться от волн крайне малоприятной шумихи. Под конец мая его вызвали в Конгресс, дабы получить объяснения, отчего это «Драгонвэр» продал личные данные ста двадцати миллионов пользователей (эй, ребятишки, кто поленился прочесть пользовательское соглашение, тот сам себе и виноват!) зарубежным державам. Кроме того, в «Гардиан» опубликовали мерзкую заказуху насчет денег, размещенных им в банках Монако, Ирландии и других стран, где налоговое законодательство разрабатывали не ради сотворения социального государства по заветам Маркса. А еще возмущение по поводу его систем для интеллектуального анализа данных, при помощи каковых китайские власти шпионят за собственными гражданами (как будто «Эппл» и «Фейсбук»[278] не идут на такие же сделки ради проникновения на китайский рынок). Немало неприятного шума создавали также солидные деньги, вложенные в его фонд ранних венчурных инвестиций… одним словом, теперь Колин каждое утро почти целиком посвящал ответам на электронные письма, кипевшие яростью, обвинениями и нарочито небрежно завуалированными угрозами. Конечно, относился он ко всему этому с юмором… тем более что прекрасно умел создавать выигрышные сюжеты для прессы, хороня под ними нежеланные. Фотографы любили снимать его перед современными стеклянными зданиями, окруженного розовощекой детворой, а уж выглядел он – просто на славу. Точно брат-близнец Лекса Лютора[279], только стройней, мускулистее и добрее. Точно даже под объективами фотокамер грезит запуском в производство дешевых, общедоступных ракетных ранцев или, скажем, постройкой роскошного отеля на Луне. — Насколько мне известно, вы с Робином считаете, что это я. Гвен подняла брови… и тут же сощурилась. — О да. Ну конечно. Ну, я и дура… ты же компьютер мой смотришь, да? Как это называется – кейлоггеры? Шпионские вирусы? — Гвен! – закричала Элли. Донна подхватила ее под руку и явно старалась направить к задней дверце «кадди», но Элли, увидев подругу, уперлась, замахала ей, а главное, сделалась в тысячу раз бодрей, веселее прежнего. Пьяна, разумеется… Как Колину надоела ее вонь! Вечно от нее несет, будто кто-то обрызгал духами мусорный бак на задворках «Хутерс»…[280] Донна распахнула перед ней заднюю дверцу «кадди», однако Элли – потрясающее проявление независимости! – отступила назад и направилась к Колину с Гвен. Не самый идеальный поворот. — Они знают? – спросила Гвен. — О чем? – полюбопытствовала Элли, поравнявшись с Колином. |