Книга Проклятие ледяного принца, страница 70 – Данна Леднива

— Луна видит вас. Луна помнит вас. Луна благословляет вас. Да будет ваш союз крепче камня. Да будет ваша любовь ярче луны. Да будет ваш дом полон света.

Она подняла их руки.

— Я объявляю вас мужем и женой. Королём и королевой. Одним целым. Под луной. Навсегда.

Зал взорвался криками. Радостью. Слезами. Люди встали. Люди аплодировали. Люди плакали.

Кассиан посмотрел на Эларию. Улыбнулся. Свободно. Счастливо.

— Поцелуй, — прошептал он. — Полагается.

— Полагается, — ответила она.

Он наклонился. Коснулся её губ. Мягко. Нежно. Долго. Как в хижине. Как у озера. Как в первый раз. Как в последний.

Мир исчез. Остались только они. Луна. И любовь.

Пир длился до утра.

Столы ломились от еды. Вино лилось рекой. Музыканты играли без остановки. Люди танцевали. Пело. Смеялись. Плакали. Жили.

Элария сидела рядом с Кассианом. На троне. Обычном, деревянном, не золотом. Она не хотела золота. Хотела простоты. Хотела правды.

— Устала? — спросил он.

— Немного.

— Хочешь уйти?

— Нет. — Она посмотрела на зал. На людей. На жизнь. — Я хочу запомнить. Всё. Каждое лицо. Каждый звук. Каждый вздох.

— Почему?

— Потому что я умерла без этого. В прошлой жизни. Никто не танцевал на моей свадьбе. Никто не пировал. Никто не радовался. Меня отдали, как вещь. И забыли.

Кассиан сжал её руку.

— Сегодня не так.

— Сегодня не так.

Кайен подошёл. В доспехах. С бокалом в руке. Улыбался. Широко. Счастливо.

— Поздравляю, сестра, — сказал он. — Ты вышла замуж. Наконец-то.

— Спасибо, брат.

— Я хочу сказать тост. — Он поднял бокал. — За мою сестру. За самого сильного человека, которого я знаю. За самого доброго. За самого упрямого. Она спасла меня. Она спасла мать. Она спасла всех нас. Она вернулась из смерти. Она победила герцога. Она победила церковь. Она победила всё. И теперь она вышла замуж за короля. За человека, который её любит. За человека, которого она любит. За будущее. За Луну. За нас.

Он выпил. Зал выпил. Элария выпила. Слёзы текли по щекам. Она не вытирала.

Кайен подошёл. Обнял её. Крепко.

— Я люблю тебя, — сказал он.

— Я тоже, — ответила она. — Больше всего на свете.

Иоланта подошла следующей. В серебряном платье. С лунным цветком в волосах. Она была — счастлива. Впервые. За двадцать лет.

— Дочка, — сказала она. — Я так горжусь тобой.

— Матушка…

— Нет. Слушай. — Она взяла её за руки. — Я хотела сказать это давно. Но не могла. Не находила слов. Сегодня найду. Ты — лучшее, что со мной случилось. Лучше мужа. Лучше дома. Лучше всего. Ты — моя жизнь. Ты — моя луна. Ты — моё всё.

Элария обняла её. Крепко. Долго.

— Я люблю тебя, — прошептала она. — Мама.

Они плакали вместе. Мать и дочь. Под луной. В счастье.

Ночь пришла тихо.

Гости разошлись. Слуги убрали столы. Музыканты ушли. Огонь в камине догорал. Дворец спал. Только луна светила. Полная. Яркая. Их луна.

Кассиан взял Эларию за руку. Молча. Повёл по коридору. К их покоям. К постели. К первой ночи.

Комната была приготовлена. Свечи горели. Окна открыты. Луна лилась внутрь. Серебро на полу. Серебро на стенах. Серебро в её волосах.

Он закрыл дверь. Посмотрел на неё. Долго.

— Я ждал этого, — сказал он. — Очень долго.

— Знаю.

— Я боялся. Что не доживу. Что ты не доживёшь. Что война убьёт нас раньше, чем мы успеем.

— Но мы успели.

— Успели.

Он подошёл. Коснулся её лица. Пальцы — тёплые. Дрожащие. Он боялся. Настоящий. Не король. Не воин. Просто мужчина.