Книга Месть и любовь травницы, страница 51 – Эмма Серсанд

Я была для неё пустым местом, но я не жаловалась.

Тишина и незаметность были моими лучшими союзниками.

Первые несколько дней я посвятила тому, чтобы изучить распорядок дома.

Я запоминала, в какие часы слуги приносят воду, когда главная жена выходит в сад, когда господин Пэй обедает в своих покоях, а когда уезжает по делам.

Я знала все тропинки внутреннего двора, все задние калитки и потайные переходы, которыми пользовались служанки.

В прошлой жизни я не замечала много из этого, потому что была слишком наивна и доверчива. Теперь я видела всё.

Сяо Мэй быстро привыкла к новому порядку. Она прислуживала мне с утра до вечера, подавала воду, убирала комнату, ходила на кухню за едой и все равно считала, что эта жизнь намного легче, чем та, что была у нее до этого.

Я научила её немногому: никогда не смотреть в глаза старшим служанкам, всегда кланяться при встрече с главной женой и её приближёнными, не болтать с другими наложницами.

И ещё… не задавать лишних вопросов.

Ей было всего тринадцать, она была слишком юной, чтобы знать всё, что я делала по ночам.

— Госпожа, — прошептала она однажды вечером, когда я перебирала травы у жаровни. — Я сегодня слышала, как служанки говорили о вас.

— И что же они говорили? — спросила я, не поднимая глаз.

— Что вы тихая и незаметная. Что господин Пэй почти не приглашает вас, а если и приглашает, вы быстро уходите. Что вы, наверное, надоели ему, и он скоро совсем забудет о вас.

— Пусть так думают, — ответила я спокойно. — Это хорошо.

Сяо Мэй помялась, явно хотела спросить ещё о чём-то, но я жестом остановила её.

— Ступай спать. Завтра будет новый день.

Она кивнула и послушно легла на свою циновку, укрывшись старым одеялом.

Я смотрела на неё и думала о том, как много ей пришлось пережить в свои годы.

Она была сильной, но слишком молодой, я не хотела втягивать её в свои интриги. Чем меньше она знала, тем в большей безопасности была.

Через несколько дней я начала замечать, что моя жизнь в поместье становится чуть более сносной. Главная жена, убедившись, что я не представляю для неё угрозы, перестала обращать на меня внимание.

Она была занята своими интригами, следила за Фан, которая всё ещё сияла в лучах благоволения господина, и пыталась вернуть его внимание к себе. Меня же она считала безобидной и это было мне на руку.

Я завела знакомства с несколькими служанками. Старшая кухарка, тётушка Ван, оказалась доброй женщиной, которая с удовольствием делилась со мной новостями из дома в обмен на горсть сушёной мяты.

Я рассказывала ей о болезнях и давала простые советы, как заварить чай от кашля, как облегчить боль в спине или приготовить настой от бессонницы.

Она была благодарна и иногда подкладывала мне лишнюю порцию еды, когда главная жена была в плохом настроении и урезала рационы наложниц.

Сяо Мэй иногда спрашивала, почему я так много времени провожу с кухаркой, но я всегда отвечала уклончиво:

— Хорошие отношения с теми, кто кормит, никогда не бывают лишними, Сяо Мэй. Запомни это.

Девочка кивала и, хотя в её глазах читалось любопытство, она больше не спрашивала.

Была ещё Лань – девочка-служанка, которая помогала наложнице Фан.

Мы почти не разговаривали при людях, но иногда она забегала ко мне на пару минут, оглядываясь по сторонам, и шептала о том, что происходит в Западном крыле.