Книга Измена. Ты пожалеешь, предатель!, страница 6 – Милла Мир

— Вижу, — сказала Кристианна, хотя не видела ничего, графиня сделала шаг к замку. Второй. Третий. Ворота были открыты. Не взломаны — просто распахнуты, как будто их ждали. Как будто сам замок раскрыл объятия для того, чтобы принять наследницу.

— Ваши вещи доставят утром, — сказал кучер. — Пыльные присмотрят.

— Пыльные?

Но кучер уже уехал. Карета растворилась в темноте так же бесшумно, как появилась. Кристианна осталась одна перед огромной черной аркой, молодая женщина шагнула внутрь.

Холл замка Морнингстар. Когда-то здесь было величие. Кристианна помнила этот зал по детским визитам: мраморные полы, гобелены на стенах, люстры из чистого хрусталя. Сейчас здесь была мертвецкая тишина. Мрамор потрескался, из щелей торчали пучки сухой травы. Гобелены превратились в лохмотья, на которых ещё угадывались фигуры — охотники, драконы, вороны. Люстры не было — только крюк на потолке, на нём болталась верёвка. Кристианна не стала спрашивать, для чего. В углу холла стояла лестница. Широкая, с перилами из чёрного дуба. Кристианна подошла, положила руку на перила — дерево было тёплым, как живое.

— ...Морнингстар вернулась... — прошелестело где-то над ухом. Кристианна обернулась. Никого. — ...вернулась... вернулась... — шелест раздавался со всех сторон, как эхо в пустой раковине.

— Кто здесь? — спросила Кристианна.

Тишина. А потом из щелей в полу, из трещин в стенах, из-под досок начала выползать пыль. Не обычная. Серая, тяжёлая, как пепел. Она поднималась клубами, сворачивалась в спирали, принимала формы. Кристианна отступила на шаг. Пыль сгустилась в три фигуры. Низкие, сутулые, с головами, похожими на грибы. У них не было лиц — только две щели: одна для глаз, одна для рта. И конечности — тонкие, как ветки, с длинными пальцами.

— Пыльные, — сказала одна фигура голосом, похожим на шуршание бумаги. — Мы — слуги замка. Мы — память стен. Мы — те, кто не спит, когда все спят.

Кристианна смотрела на них, и странное дело, она не боялась. Возможно, потому что страх уже выжгло. Возможно, потому что после разговора с суккубом эти пыльные создания казались почти милыми.

— Вы говорите? — спросила она.

— Мы говорим, когда нас слышат, — ответил второй Пыльный. — Много лет нас не слышали. Хозяева ушли. Замок пустел. Мы ждали.

— Ждали кого?

— Тебя, — сказал третий.

Первый подошёл ближе, Кристианна заметила, что он хромает — одна нога у него была короче другой, слеплена из пыли и паутины.

— Ты — наследница, — сказал он. — Последняя из рода Морнингстар. Мы служили твоей прабабушке. И её матери. И матери её матери. Мы помним всех.

— Помните их имена? — спросила Кристианна.

— Мы помним их слёзы, — ответил второй. — Имена стираются, слёзы остаются. Твои слёзы пахнут корицей. Как у неё.

— У кого?

— У той, что повесилась в восточной башне, — сказал третий равнодушно. — Триста лет назад. Она тоже плакала из-за мужчины. Глупая.

Кристианна моргнула.

— Вы всегда такие... прямые?

— Мы слуги, а не дипломаты, — сказал первый. — Хочешь дипломатию — найми лорда. Хочешь правду — говори с пылью.

Кристианна весело усмехнулась, впервые за много часов:

— Хорошо. Где моя комната?

— Твоя комната была спальней твоей матери, — сказал второй. — А до неё, спальней той, что повесилась, мы там проветрили.