Книга После развода. Одна в ином мире, страница 83 – Мартиша Риш

Я прикинула, как бы мне лучше устроить парня. Ни пледа нет, ни одеяла, нечего подложить ему под голову. Была бы я умной, купила бы ему подушку. Из дома свекрови такую вещь не возьмёшь, она мигом обнаружит пропажу. "Порядок есть стержень жизни" — так она говорит. Может, свекровь и права, вот только мне что сейчас делать? Лазать по шкафам особняка, искать что-нибудь подходящее там? Совсем не хочется делать это во тьме.

— Госпожа, я прошу дать мне еще воды. Я смогу быть вам полезен потом, клянусь, — с безумной мольбой в голосе прошептал он, будто боялся, что я могу ему отказать.

Я поставила злосчастную кастрюлю на пол, села на постель парня, кое-как, одной рукой привалила его голову к своему бедру и подала воду. Невольник принялся жадно пить, будто не видел воды целую вечность. Еще одна кружка, чтобы набрать ее мне пришлось извернуться, парень все так же пьет большими глотками без перерыва.

— Наверное, хватит, — я побоялась, что рабу станет дурно. Рабу. Нет, так дело не пойдет. — Как тебя зовут?

— Ч... У меня больше нет имени. Я всего лишь ваш раб, и уже не маг даже.

— Но как мне тогда к тебе обращаться? — я набрала еще чуточку воды, поднесла к губам парня, — Пей небольшими глотками.

— Как пожелаете, — зло прошептал он.

— Ты о воде сейчас или об имени?

— Обо всем. Я сознаю, что теперь полностью принадлежу вам. На все в моей жизни теперь есть только ваша воля, сиятельная эльтем.

— Назови свое имя.

— Его больше нет.

— То есть как?

— Я не достоин. Имя забрали у меня на суде, эльтем. Выбирайте любое, какое вам больше по вкусу.

Чезаро

Я заставил себя попросить, не смог выдержать соблазна при виде почти полной кружки чистой воды. Эльтем воспользовалась моей слабостью, села ближе, уложила мою голову себе на бедро. Ясно, какой платы она от меня захочет — иллюзорной любви, точней, ласки ее нежного тела.

Я не сразу заметил рисунок на кружке, хоть он и был выполнен очень ярко. Корова — самая безвольная из всех представителей домашней скотины, а рядом с ней идет надпись. Может, это какое заклятие? Может, оно вынудило меня унизиться до просьбы, или я действительно потерял всякое достоинство? Воин может только приказывать или требовать, я же теперь раб. Вот и опустился так быстро.

Эльтем издевается, не дала мне напиться как следует, отставила кружку. Не сразу, но набрала в нее еще совсем немного воды, приказала пить небольшими глотками. Хочет проверить, могу ли я быть терпелив, раз уж это бесценное качество для любовника? Вода быстро закончилась, дроу нерешительно поднесла сухарь к моим губам, в нос прокрался аромат дорогих специй, семян ванили, тонкие ноты пряностей. Я только и успел, что коснуться губами лакомства, эльтем тотчас его отняла.

— Ты еще слишком слаб, я размочу немного.

— Благодарю вас, хозяйка.

Я едва смог произнести последнее слово. Разум велит мне покориться, но гордость, тот несгибаемый стержень, который прочно засел во мне, никак не хочет гнуться. Видят боги, рабом я стал не по своей воле, но, если уж я проиграл в схватке с мачехой, если уж очутился здесь, то нужно смиряться. Проигравший всегда должен смириться. Жаль, я теперь знаю, что Анна жива. Как горько сознавать это и не иметь шанса ее увидеть, не прикоснуться к ней никогда. Ни сейчас, ни потом. Как бы жизнь ни сложилась, перед нею я никогда не предстану рабом. Лучше уж умереть здесь, в этой комнате.