Книга Глаза нефритового дракона, страница 164 – Анна Боронина

Лина улыбнулась. У неё получилось! Самое приятное в мире ощущение – знать, что ты что-то сделала и оно получилось хорошо. Как часто ей этого не хватало, а теперь она была уверена.

— Лина.

Она огляделась, пытаясь понять, откуда доносится знакомый голос, но вокруг по-прежнему был только плотный густой туман.

— Виктор! – позвала она, ускоряя шаг, ей показалось, что кто-то взял её за руку и повёл за собой, озябшие пальцы закололо от ощущения тепла.

— Я здесь, bǎobèi, – раздался голос совсем рядом, как если бы Виктор стоял перед ней. – Просыпайся, Лин-Лин.

Она видела перед собой только туман, но тёплые руки скользнули по её предплечьям, тепло коснулись щеки. Она закрыла глаза, потому что зрение на этот раз её обманывало, а вот ощущения нет. Руки все ещё казались тяжёлыми, но она скользнула ладонями по шёлку, почувствовала пальцами твёрдость мышц и тонкую вышивку и едва улыбнулась, вспоминая драконов, которых давным-давно вырисовывала на пиджаке Виктора. В груди тоже становилось тепло, и оно растекалось по всему телу. Она скользнула рукой ещё выше, пробежала пальцами по вороту и коснулась шеи, заставляя его наклонить голову. Он был ровно таким же высоким, как она запомнила. Горьковатый тёплый парфюм пощекотал ей ноздри, а дыхание коснулось её губ. Лина нетерпеливо потянула его на себя:

— Поцелуй меня.

Она скорее почувствовала, чем услышала, его тихий смешок, он мягко осел на её губах, а потом горячие губы Виктора уверенно накрыли её.

Виктор больше не целовал её осторожно, пропала вся его сдержанность. Лина чувствовала, как всё внутри плавится и сладко сворачивается внизу живота. Дыхания не хватало, но она не могла оторваться от его губ. И только когда голова закружилась и под веками вспыхнуло жидкое золото, Виктор отстранился. Она жадно вздохнула, нетерпеливо зарылась пальцами в его волосы и распахнула глаза.

— С возвращением, bǎobèi. – Кончик его носа практически касался её, и тёплое дыхание дразняще оседало на её губах.

В низком хриплом голосе обещание смешивалось с облегчением, и Лина почувствовала мурашки и сладкую дрожь.

Она хотела было оглядеться, но выше её сил было отвести взгляд от его лица. Достаточно было того, что под спиной было что-то мягкое, а Виктор нависал над ней, удерживая свой вес на руках. Лина провела кончиками пальцев по его скуле, едва улыбнувшись, когда он вздохнул прерывисто от этой простой ласки, поёрзала нетерпеливо, желая ощутить тяжесть его тела, и потянула на себя, целуя на этот раз сама.

Горячие руки Виктора гладили её бедра, сминая ханьфу, перина мягко спружинила, качнув Лину, когда он удобнее устроился, удерживая её выгибающееся навстречу тело и следуя поцелуями за руками и нежным шёлком, обнажающим всё больше кожи.

— Виктор, – прошептала она, чувствуя, как горят от поцелуев губы и жарко вспыхивает всё тело там, где касаются его губы.

Довольный выдох пощекотал внутреннюю сторону бедра – слишком мало, слишком мучительно.

— Виктор, – простонала Лина, когда настойчивый поцелуй остался на её бедре так близко, но так далеко от того места, где ей хотелось бы его почувствовать. – Пожалуйста.

Кожа горела, и золотые искорки, пробегающие по её телу, только усиливали ощущение жара. Но Виктор продолжал дразняще медленно оставлять нежные поцелуи на её разгорячённой коже.