Книга Глаза нефритового дракона, страница 166 – Анна Боронина

Виктор нежно стёр с щеки успевшую скатиться слезу.

— Вечность – это ужасно долго, так что подумай, прежде чем дашь ответ.

Накануне Цинмина роспись, инкрустация и весь зал с фреской дракона были полностью отреставрированы.

Лина, чувствуя себя непривычно в красном, расшитом золотой нитью ципао, которое подарил ей и уговорил надеть То Лао, стояла вместе с остальными участниками реставрации и слушала длинную и проникновенную речь директора музейного комплекса, понимая только отдельные слова.

Виктор в облике Хуо периодически шептал ей на ухо перевод благодарностей, которые адресовались лично ей, и Лина кивала и улыбалась, стараясь дышать ровно и не краснеть в цвет своего ципао, хотя рука Виктора на её талии мало способствовала невозмутимости.

Ей было радостно и спокойно, и даже внимание и похвалы в свой адрес получалось принимать, практически не смущаясь. Она и правда хорошо поработала. И великолепная роспись, ставшая ещё прекраснее после немалых, в том числе и её, усилий, восхищала ещё больше: она была яркой, словно только что созданной и, более того, – живой.

Ци, которую она отдала Шеню, оказалось недостаточно, чтобы он мог появляться в Запретном городе в человеческом облике, зато в качестве дракона он вполне мог посещать землю. Виктор только хмыкнул, когда Шень посетовал на свою тяжёлую долю и утверждал, что коварный правитель Диюя увёл у него девушку. Лина успела заметить, как угрожающе Виктор провёл рукой по горлу, кивнув Шеню на неё. Шеня, разумеется, это не остановило, и он продолжал периодически появляться во время её работы, ловить на чешую золотые искорки ци и надеяться, что сможет воплощаться и в человеческом облике не только в Небесном дворце, но и на земле.

Петербург радовал неожиданно хорошей погодой, цвели сирень и каштаны, и тёплый ветер с Невы пах свежо и сладко – солью и корюшкой. Май стремительно катился в лето. Лина ехала на самокате по Литейному, подставляя лицо солнцу, радуясь, что выходной совпал с хорошей погодой.

После участия в реставрации фрески в Запретном городе и благодаря рекомендации То Лао Тарас Вадимович с готовностью взял её в штат, и она с радостью перебралась в Петербург подальше от матери, которая теперь не брала заказы от её имени, но постоянно задавала вопросы, когда они уже с Виктором поженятся.

Лина закатывала глаза, Виктор вопросительно поднимал брови и усмехался, уверяя Татьяну, что он готов хоть сейчас. И хотя больше всего на свете Лине хотелось сдаться, она решила, что пока ей нужно привыкнуть к тому, что она влюбилась в правителя Диюя, и заниматься любимым делом.

Её ци практически восстановилась, и хоть Виктор был категорически против, Лина настаивала на том, чтобы вернуться к вратам и отреставрировать оставшийся маленький фрагмент доспехов воина-хранителя. Потому что любое дело должно быть завершено.

Ну а пока она планировала встретиться с Виктором на ланч. Он по-прежнему много работал, и на земле, и, разумеется, в Диюе, поэтому они пользовались любой возможностью побыть вместе.

Когда до поворота на Пестеля, где они условились встретиться, оставалось совсем недалеко, в просвете между домами мелькнуло розовое облако, всколыхнувшее воспоминания. Лина остановилась и, удерживая самокат, прошла вперёд. Перед ней раскинулся прохладный сад в китайском стиле. Она и забыла, что всё хотела сюда заглянуть, но было некогда.