Книга Академия Межзвёздного Флота: Как обмануть хищника, страница 147 – Ана Тихая

​— Я же говорил, лейтенант, — раздался над самым моим ухом тихий, низкий голос Рексара, в котором больше не было никакой ледяной брони. — Они справятся.

Когда тяжелые створки шлюза за аэранской делегацией окончательно сомкнулись, отсек наконец выдохнул. Кадеты, сбросив напряжение последних часов, начали шумно отключать терминалы и подниматься с мест. Напряжение, висевшее над базой все эти месяцы, отступило, но внутри осталось четкое понимание: расслабляться рано.

​Я шагнула ближе к Рексару, воспользовавшись тем, что остальные кураторы отвлеклись на наведение порядка в секторах. Командор стоял у главного пульта, всё еще глядя на затухающие графики тестов, а золотистые узоры на его висках медленно гасили свой яркий свет, возвращаясь к привычному скрытому блеску.

​Я понизила голос, обращаясь к нему:

​— Мы успешно прошли комиссию, но до финального выпуска еще два месяца. Что, теперь ждать подвоха от Таргона?

​Рексар медленно повернул голову. Его янтарный взгляд скользнул по моему лицу, а в уголках рта прорезалась едва заметная, жесткая усмешка.

​— Таргон не успокоится, пока проект не закроют или пока мы не доведем его до конца, — тихо ответил он, делая чуть заметный шаг ближе ко мне, так что тепло его тела стало ощутимым сквозь плотную ткань формы. — Аэранцы бьются за чистоту протоколов и букву закона, но Таргон играет по другим правилам. Лингвистический барьер был самым простым препятствием. Следующий удар он попытается нанести там, где мы меньше всего ждем.

​— И где именно ждать этот удар? — я чуть подалась ближе, впитывая каждую нотку в его голосе, хотя внешне сохраняла абсолютную невозмутимость перед остающимися в дальнем конце зала кураторами.

​— Они уже не смогут просто так зарубить программу сверху, — перебил Рексар, и в его низком голосе прозвучали стальные нотки. — После официального отчета аэранской комиссии у Таргона связаны руки в плане открытой бюрократии. Любая попытка отменить результаты проверки сейчас будет выглядеть как личная политическая паранойя перед лицом всего Флота.

​Командор сделал паузу, а его рука, все еще прижимавшая меня за поясницу к прохладной панели пульта, чуть сильнее качнулась, притягивая ближе. Тепло его тела приятно контрастировало со стерильным холодом базы.

​— Именно поэтому он сменит тактику, — продолжил Рексар, наклонившись к моему уху так, что его дыхание коснулось кожи. — Вместо кабинетных запретов пойдет прямой саботаж на местах. Слишком много заинтересованных лиц теряют влияние, если земляне докажут свою жизнеспособность наравне с остальными.

​— Значит, ушки на макушке, — я чуть заметно усмехнулась, хотя внутри всё подобралось от предчувствия грядущей бури. — Если старый лис решит ударить, он попытается сделать это чужими руками. Мои кураторы не спустят глаз с кадетов. Лиан и Дариус уже знают, что расслабляться рано.

​Рексар качнул головой, и в его янтарных глазах мелькнуло что-то теплое и глубокое, предназначенное только для меня одной, скрытое от чужих глаз за строгой маской официального тона.

​— Береги себя, Майя, — тихо выдохнул он, едва касаясь пальцами моего запястья в тени пульта, прежде чем сделать шаг назад, когда к нам уже направлялся Лиан. — Таргон бьет по слабым точкам. А ты — моя единственная уязвимость, о которой он знает.