Книга Развод по приказу. Измена по любви, страница 78 – Виолетта Весна

— Тая, — сказала Милана тихо.

Я подняла руку.

Не сейчас.

Я смотрела только на Владислава.

— Ты понимаешь, что это значит?

Он ответил не сразу.

— Горицкий не просто воспользовался разводом. Он подтолкнул меня к нему.

— Нет, — сказала я. — Не только.

Владислав посмотрел на меня.

— Он знал, каким ты будешь. Знал, что если тебе подать риск в правильной форме, ты выберешь контроль вместо разговора. Знал, что ты не спросишь меня. Знал, что ты принесешь документы и скажешь «подпиши». Горицкий использовал не развод, Владислав. Он использовал тебя.

Вот тогда его лицо изменилось.

Не резко. Без красивого слома. Просто в глазах впервые появилось то, что сильные мужчины ненавидят больше боли.

Понимание, что их сила стала чужим инструментом.

— Да, — сказал он.

Я хотела, чтобы мне стало легче.

Не стало.

Потому что если бы он спорил, я могла бы злиться проще. А он стоял и принимал, и моя злость не знала, куда деть себя без привычной стены.

Агата тихо сказала:

— Рекомендация не ушла официально. Это черновик. Но я нашла следы пересылки на адрес Тарханова. Похоже, он пересказал Аксенову не документ, а удобную версию.

— Почему не показать мне раньше? — спросила я.

— Я получила файл двадцать минут назад, когда восстановила доступ к резервной папке. До этого был только фрагмент без подписи.

Милана забрала планшет.

— И вот это сейчас важнее поездки к изолятору. Документ показывает мотив Горицкого: вывести Таисию из статуса жены, чтобы потом объявить ее личной, нестабильной и ненадежной. Развод стал частью операции по дискредитации свидетеля.

Я усмехнулась.

Сухо. Почти без звука.

— Прекрасно. Мой брак умер как служебная комбинация.

Владислав сделал шаг ко мне.

Остановился сам.

— Нет, — сказал он тихо. — Брак умер раньше. Комбинация только показала, где он уже был слаб.

Я смотрела на него и не могла понять, больнее мне от его правды или от того, что он наконец научился произносить ее вовремя. Хотя нет. Не вовремя. Уже после.

Всегда после.

Милана мягче сказала:

— Тая, нам нужно решение. Мы можем ехать к изолятору, но тогда играем на их поле. Или используем документ и подаем срочное заявление Рахманову, в прокуратуру и в суд на незаконное задержание Сарматова как ключевого свидетеля. Параллельно даем короткое публичное заявление. Не про личную жизнь. Про настоящий приказ.

— Настоящий приказ, — повторила я.

И вдруг поняла.

Настоящим приказом был не тот, который Владислав положил передо мной на кухне. Не разводные документы. Не его «подпиши».

Настоящий приказ был старше.

Горицкий приказал убрать меня из статуса жены, чтобы сделать слабой свидетельницей.

Тарханов подменил команду, чтобы люди вошли в сектор Б.

Владислав подчинился логике защиты, потому что слишком долго верил системе больше, чем мне.

А Ренат нарушил приказ.

И теперь сидел за это под замком.

— Мы не едем к Лесной, — сказала я.

Владислав поднял голову.

— Таисия.

— Нет. Ты сейчас не споришь. Ты спрашиваешь, что я решила.

Он замолчал.

Принял.

— Мы едем к Рахманову, — продолжила я. — Официально. Передаем документ, запись, хронологию. Милана готовит заявление. Агата дает пояснение, как получила файл. Ты подтверждаешь, что решение о разводе было принято после информации от Тарханова.

Владислав смотрел на меня.

— Это ударит по мне.