Книга Я больше не ваш тыл, генерал, страница 64 – Виолетта Весна

— Я буду рядом.

Раньше я бы услышала в этом обещание защиты.

Сегодня услышала другое.

Испытание.

Для него.

Для меня.

Для нас, которых уже почти не было.

— Не впереди меня, — сказала я.

Он понял сразу.

— Рядом.

Полина вздохнула.

— Прекрасно. Романтические формулировки закончили, переходим к уголовно-процессуальным.

Я почти улыбнулась.

Но улыбка не удержалась.

Потому что за два часа меня собирались официально спросить, как именно я оказалась у квартиры Таисии.

И если я отвечу неправильно, Радан получит то, что хотел с самого начала.

Не просто удар по Арсену.

А меня — как удобное объяснение всей грязи.

К опросу меня готовили так, будто я собиралась не отвечать на вопросы, а идти по тонкому льду с завязанными глазами.

Полина разложила на столе листы, ручку, телефон, копии логов и чашку кофе, к которой так и не притронулась. Арсен стоял у окна малой переговорной и молчал. Сомов ушел делать копии записи разговора с Раданом. Назаров ждал в коридоре.

Все выглядело почти деловым.

Если забыть, что я была человеком, которого пытались превратить в удобное объяснение чужого преступления.

— Еще раз, — сказала Полина. — На вопрос отвечаешь только в рамках вопроса. Не объясняешь больше, чем нужно. Не оправдываешься. Не споришь с формулировкой эмоционально — просишь внести возражение в протокол.

— Это внутренний опрос, не допрос, — сказала я.

— Именно поэтому они будут пытаться сделать вид, что процессуальные гарантии можно оставить в гардеробе. Не позволим.

Арсен повернулся.

— Формально это проверка по факту утечки защищенного адреса.

Полина даже не посмотрела на него.

— Формально я сегодня должна была пить кофе у себя дома, а не выковыривать свою подругу из чужой спецоперации. Формальности подождут.

Он не ответил.

Я сидела на краю стула и смотрела на лист перед собой. Полина написала сверху крупно: «Статус. Адвокат. Протокол. Копии».

Четыре слова.

Четыре гвоздя, которыми она собиралась прибить любую попытку сделать из меня истеричную бывшую жену.

— Они будут давить на развод, — продолжила она. — Мотив ревности, личная обида, конфликт с Арсеном Викторовичем. Не ведись.

— Я правда думала, что у него роман с Таисией.

Полина кивнула.

— И это не преступление. Ты увидела мужа у квартиры женщины. Ты получила анонимное письмо. Ты приехала узнать правду. Никаких адресов ты не сливала, маршрутов не имела, охрану не вызывала, нападение не организовывала.

Арсен тихо сказал:

— Анонимное письмо важно.

— Да, — сказала Полина. — Но мы не отдаем им оригинал телефона без копии и акта. И не позволяем им сделать из него доказательство, что Варю кто-то «нанял» или «вел».

Я подняла глаза.

— Они могут?

— Они могут все, если мы дадим им пустое место для фантазии.

Полина говорила спокойно. От этого было хуже. Когда адвокат говорит спокойно, значит, варианты уже просчитаны, и среди них есть плохие.

Арсен отошел от окна.

— Я не допущу, чтобы ее допрашивали без тебя.

Я посмотрела на него.

Он понял раньше, чем я сказала.

— Исправляюсь, — произнес он. — Я потребую соблюдения процедуры. Решение, как отвечать, за тобой и Полиной.

Полина вздохнула.

— Прямо учебное пособие «Генерал и границы личности», первое издание, с правками автора.

Я должна была улыбнуться. Не получилось.