Книга Шаманка. Песнь воды, страница 53 – Айлин Лин

— Я тогда удивилась, но пришла к выводу, что просто магия воды такая скоростная.

— Вовсе нет, на дальние расстояния она не может так быстро перемещаться по воздуху без поддержки самого воздуха.

— Ясно, что ничего не понятно, — вздохнула я, — мне пора к родным. Так как отсюда выйти?

— Посмотри, у тебя на груди висит амулет, видишь?

Я опустила глаза и удивлённо вскинула брови, действительно, на моей шее откуда-то появилась золотая цепочка с овальной подвеской, по центру которой сиял красивейший синий сапфир.

— Камень — отражение твоих очей, — таинственно понизил голос Хранитель.

— Да, я прочитала об этом, — ой, кажется, зря перебила, — но хочу послушать тебя. Продолжай, пожалуйста.

— Кхм, хм, — обиженно прогудел Хранитель, но через несколько секунд заговорил вновь: — Не перебивай старших, принцесса Шариз-Эльхам, это как минимум невоспитанно. Итак, у всех магов глаза необыкновенно яркого цвета. Когда встретишь колдуна в толпе — узнаешь по оттенку глаз. И чаще всего цвет соотносится со стихией. Вода-воздух — от светло-голубого до тёмно-синего, порой фиалкового; огонь и земля, не просто какой-то карий, а именно янтарный и даже необыкновенный тёмно-золотистый; маги природы чаще всего зеленоглазые от салатового до тёмно-болотного. На словах сложно понять, но когда встретишь волшебника, ты сразу всё поймёшь.

Меня буквально вытолкнуло из виртуальной библиотеки на холодный ночной песок.

— Эльхам! — воскликнул отец, вскакивая с места.

А я неподвижно лежала на спине и внимательно рассматривала ночное небо со всеми его звёздами и шафранной луной.

— Как долго меня не было? По моим ощущениям уже должно было наступить утро, — прочистив горло, спросила я, не поворачивая головы.

— Мы не так давно пришли, — удивлённо ответил отец, присаживаясь рядом и помогая мне сесть.

— Вот как, — задумчиво пробормотала я и сняла шапку с головы.

— Как ты это сделала? — в голосе мамы слышалось неприкрытое удивление.

— Что именно? — не поняла я, о чём это она.

— Шариз, хатэ не снимается.

— Как это? — настало моё время изумляться. — Вот она прекрасно надевается и столь же замечательно снимается, — нахлобучила шапку назад и быстро сорвала с головы. — Никаких проблем. Я же не буду в ней есть, спать и ходить днём, в такую-то жару! — если это обязанность шаманки, то придётся объяснить — они мне совсем не подходят.

— Как только шаман или шаманка надевает на голову хатэ, он её более не может снять, до самой своей смерти, — терпеливо пояснил папа.

— Хмм, — почесала кончик носа, задумавшись, — ну, может, потому, что я магиня первого ранга, то меня такие условности не касаются?

Родители многозначительно переглянулись, но вместо ответа Горн заговорил о другом:

— Расскажи, что тебе открылось?

— О-оо, — округлила глаза я, а потом внимательнее взглянула на брата и маму, плотно кутавшихся в тёплые верблюжьи пледы. — Пойдёмте домой, с каждым мгновением Лолели становится всё холоднее, не хочу, чтобы вы замёрзли.

И мы в полной тишине пошли назад, я несла волшебный головной убор в руках, плотно прижав его к груди, и с удовольствием осматривалась по сторонам. Мы, не спеша, спускались с высокого бархана, с которого открывался прекрасный пейзаж на Зэлес. Также с этой позиции я заметила часть Ньеры, таинственно мерцавшей в ночи.