Книга Наследство с проблемами, или Дракон в моей оранжерее, страница 45 – Алена Шашкова

— Да-да! Я готов! — бормочет он. — Чтоб тут не топтать, я через улицу пройду.

Он уже разворачивается к выходу, но голос Кайана останавливает его, как невидимая стена.

— Не пройдешь. — Коротко. Жестко. Приказным тоном. — Ты пойдешь чистить снег на подъездной дорожке. Ждем посетителей. А потом вычистишь конюшню.

— Но… неаре… — парень переводит на меня растерянный взгляд, полный разочарования.

— Неара справится, — отрывисто бросает шадхар. В его голосе слышится тихий рокот, почти рычание. — Свободен.

Едва заметный наклон голову Кайана, и парень, пробормотав что-то невнятное, буквально выскальзывает из кухни. Марта откашливается и в воцарившейся тишине начинает нарочито громко греметь крышкой чайника, стараясь разогнать это густое напряжение.

— Господин шадхар, чаю?

Кайан, не отрывавший взгляд от двери, пока она не захлопнулась, наконец, вотмирает. Он кивает Марте и проходит к столу, устраиваясь напротив меня.

Я же демонстративно встаю, не сводя глаз с Кайана. Нужно признать, головная боль действительно оставила свой след. Складка между бровей стала глубже, под глазами залегли тени.

Даже волосы лежат в беспорядке, который его совсем не портит, и это бесит еще сильнее. Понятно, зачем он ходил на улицу — пытался выморозить эту боль.

Вот и мне сейчас нужно на свежий воздух. Или хотя бы в другое помещение, пока я не сказала что-то не то.

— Что-то здесь стало как-то… душно, — произношу я, не глядя на него. — Пожалуй, пойду пройдусь.

Шадхар поднимает на меня глаза.

— Смотрите не заблудитесь, — говорит он. — Мне не хотелось бы запирать вас в комнате.

— Не портьте себе завтрак, господин шадхар. Я помню условия, — холодно отзываюсь я, проходя мимо шадхара. — Арестантские.

Кайан медленно подносит чашку к губам. Ни один мускул на его лице не дрогнул, в глазах — ни намека на эмоции, только расчетливый холод. Он игнорирует мою шпильку.

— Это не арест, неара Торн. Это меры предосторожности, — его голос звучит пугающе ровно. — Учитывая вчерашнюю находку в моем камине, я бы на вашем месте проявлял больше благодарности за то, что вы все еще можете свободно передвигаться по дому, а не сидите в подвале под замком.

Сжимаю кулаки и медленно считаю до десяти. Нет, он не увидит, как я бешусь.

— Я ценю вашу… снисходительность, — медленно произношу я, натянув улыбку. — Но сейчас мне нужно в лабораторию. У Марты болит рука, и если я не сделаю мазь, готовить для вас и ваших гостей будет некому. А я, как вы помните, умею только яичницу, и ту — по праздникам.

Марта прячет усмешку, отворачиваясь к плите. Она знает, что я блефую, но Кайану об этом знать необязательно. Но я постараюсь воплотить свою угрозу в жизнь, если Кайан не перестанет вести себя как… Ар!

Я уже почти выхожу, когда слышу скрип ножек стула по полу.

— Я иду с вами, — это не предложение. Это факт.

— Боитесь, что я украду пробирки? — не оборачиваясь, бросаю я.

— Боюсь, что там из камина тоже вывалится один невоспитанный енот, — усмехается он. — С сюрпризами.

К счастью, шадхар решает не ходить за мной, а остается в кабинете, как и вчера, остается за рабочим столом отца Элис. Я почти бегу в лабораторию, кожей чувствуя его присутствие за стеной.

Солнечный день за окном немного преображает кабинет — он уже не кажется таким мрачным и запущенным, как вчера. Да и в лабораторию немного попадают лучи. Становится заметнее, как клубится в воздухе пыль. Но я все равно зажигаю эфиролитовую лампу, делая ее достаточно яркой, чтобы было проще.