Книга Завтра наступит дважды, страница 12 – Лера Лебедь

Полина прошла на кухню.

Кухня встретила её шумом и теплом. Папа сидел за столом, смотрел футбольный матч и колол грецкие орехи. Старый телевизор стоял в углу на специальной подставке. Рядом — деревянный шкафчик с посудой, вышитые полотенца, на плите блестел эмалированный чайник.

— О, красавица проснулась, — буркнул отец, мельком глянув на дочь.

Мама обернулась от плиты. В руках у неё была большая тарелка с дымящимися блинами.

— Садись, горяченькие.

Полина улыбнулась. На глаза снова навернулись слёзы, но она сдержала их. Она и забыла, как ей не хватало их завтраков. Этого шума телевизора, тихих перебранок родителей, стука ореховой скорлупы. Здесь всё было родное. До щемящей боли родное.

Мама вдруг ахнула.

— Это что у тебя в волосах⁈

Она всплеснула руками и подлетела к дочери. Полина закатила глаза.

— Щипцы. Не снимаются.

— Смажь маслом, — спокойно посоветовал папа, не отрываясь от экрана.

Мама схватила бутылку подсолнечного масла и уже хотела намазать Полине голову, но та отскочила.

— Нет! Мам, только не это. Я сама.

— Погоди, зачем сама? Дай помогу.

— Мам, я серьёзно. Не надо.

Мама недовольно покачала головой, но отступила. В её взгляде читалась та самая особая тревога, которая была свойственна только матерям: смесь беспокойства и желания немедленно всё исправить.

Полина собралась было сесть, но в прихожей раздался звонок.

Она вздрогнула. Кто-то пришёл.

Не помнила, кто приходил в тот день. Память заботливо стёрла этот кусок, как ластиком. Но сегодня он возвращался. Полина быстро пересекла гостиную, распахнула дверь и увидела на пороге знакомое лицо.

Катюха.

Девчонка с большими серыми глазами, светлой кожей, курносым носом и круглым личиком. В руках — маленькая косметичка.

— Привет, Поля! — весело сказала Катя.

Полина замерла, а потом медленно улыбнулась. Она сто лет не видела эту когда-то близкую подругу. И, глядя на неё, вдруг остро поняла: сон или не сон — но мир дал ей шанс снова прожить этот день. И теперь ей было совсем не всё равно, что будет дальше.

Полина улыбнулась Кате, но взгляд её невольно скользнул по лимонно-жёлтому платью подруги. Оно было слишком коротким и безжалостно открывало располневшие ноги девушки. Полина смутно вспомнила, как они вместе выбирали это платье в маленьком магазинчике на окраине Подгорска. Катя тогда вышла из примерочной, покрутилась перед зеркалом и спросила с надеждой: «Ну как?» А Полина поддакнула, что та выглядит хорошо. На самом деле платье смотрелось ужасно, но сказать об этом вслух она не решилась.

— Проходи, — сказала Полина, отступая в сторону.

Они вместе вошли на кухню. Виктор Семенович поднялся из-за стола, бросил короткий взгляд на девушек и усмехнулся.

— Пойду-ка я в зал. А то в моём доме стало слишком много женщин.

Мама рассмеялась, а папа, прихватив миску с орехами, скрылся за дверью. Катя тут же принялась раскладывать на кухонном столе, где совсем недавно стояли горячие блинчики, свою косметику. Полина опустилась на табурет и с лёгкой улыбкой рассматривала названия дешёвых брендов, которые спустя десять лет уже не встретишь на полках. Но Катя была воодушевлена. Надо признать, макияж она себе сделала неплохой — ровный тон, аккуратные стрелки, блеск на губах.

Полина вдруг задумалась, чем сейчас занималась Катя. Во взрослой жизни. Кажется, из Подгорска она так и не переехала. Вышла замуж за местного, родила двоих, работала в детском саду. Такая простая, спокойная судьба. Без амбиций и вечной гонки.