Книга Исповедь дьявола, страница 268 – Софи Баунт

— Вы оставили в прошлом, – мягко выговариваю я, – а Стелла нет.

— К сожалению, – с горечью в голосе соглашается Арье. – В особенности после того, как она пыталась забеременеть вновь, а ничего не вышло. Я до конца дней буду помнить лицо своего сына. С его смертью в моей душе оторвалось что-то, отвечающее за счастье. Я буду винить себя, что не успел спасти его; что Марк так и не узнал, кто его настоящий отец, – однако ничего уже не исправить; некоторые вещи нужно спрятать и позволить им просто храниться, подобно фотографиям в альбоме. Терзать себя ошибками и травмами прошлого – все равно что поливать ожоги кислотой, не позволяя ранам зарасти и продолжая ощущать страшную бесконечную боль, из-за которой жить дальше просто невозможно. Нужно дать ожогам затянуться. И тогда настанет момент, когда почувствуешь, что можешь жить дальше.

— Извините, что расстроила вас, – склоняю я голову.

— Все нормально. А насчет Глеба… – задумывается Арье, словно пытаясь отвлечься от моих вопросов о сыне. – Стелла всегда очень переживала за него, спрашивала, правильно ли она воспитала его и Лео. Мы вместе много лет. Я знаю, какая она на самом деле. Стелла – невероятная женщина, и даже то, что она вступила в «Затмение», произошло из-за ее стремления помогать людям и защищать слабых.

— Вы очень ее любите, – грустно улыбаюсь я. – Очень сильно.

Он улыбается в ответ.

— Всю жизнь.

— Вы ведь не верите в идеи «Затмения», да? Вы там только из-за Стеллы.

— Мы все попали в капкан, из которого тяжело выбраться, не оторвав себе голову. – Он берет меня за плечи. – Передай то, что я сказал, Глебу. Пожалуйста.

Я киваю, прощаюсь с Арье и спускаюсь на первый этаж. Сев в машину к Глебу, вижу, что он бледнее, чем обычно, хотя куда бледнее? Он альбинос. Но выглядит он точно полтергейст.

— Лео исчез, – вдруг выговаривает он.

— Исчез? – удивляюсь я, не сразу осознавая смысл.

— Мне позвонил Виктор и сказал, что Лео попал в аварию, но в машине его потом не оказалось. И… это еще не все.

Я не в состоянии произнести ни слова.

— Ева тоже исчезла, – заканчивает Глеб.

Глава 32

— Руслан справится, – утешаю я Венеру. – Он очень сильный человек.

Мы сидим на лавочке перед аудиторией, где по расписанию семинар по конституционным основам судебной власти. Подруга медленно качает головой, упираясь пустым взглядом в пол. Привычная жизнерадостность и острый сарказм Венеры сменились затяжной депрессией в свете последних событий.

— Возьми себя в руки, Ви, – строго наставляю я. – Дремотному нужна поддержка. Твоя особенно. Если будешь сидеть в таком состоянии, то загонишь парня на дно, понимаешь? И главное ведь, что Августина жива!

— Я люблю его маму, – всхлипывает Венера, и мое сердце пропускает удар.

Мне приходится толкать утешающие речи, когда у самой внутри бушует ураган эмоций, от которого я отгородилась стеклянным куполом, но трещины разрастаются, и скоро мой купол рассыплется. Лео исчез. Возможно, его тоже убили. Изо всех сил я стараюсь не паниковать, но с каждым часом это дается сложнее, ибо образы того, как моего адвоката находят с ножом под ребрами, становятся все ярче и детальнее.

Я пришла в университет только с одной целью, и эта цель вот-вот появится на семинаре. Остается лишь ждать.

— Ты должна быть Руслану поддержкой, а не усугублять его состояние, – говорю я.