Книга Генерал, мы в разводе!, страница 13 – Максим Добров

В дверь постучали. Администратор принесла воду и два кофе: черный без сахара и капучино с корицей.

— Ты помнишь? — спросила я, когда она ушла.

— Ты десять лет пьешь одно и то же.

— Три года мы не живем вместе.

У основания его шеи проступило легкое покраснение.

— Память после развода не аннулируют.

Корицы было ровно столько, сколько я любила, и это раздражало сильнее любого приказа.

Глеб включил на телефоне тихую музыку.

— Зачем? — спросила Алина.

— Вера не спит в полной тишине.

— Могу.

— Можешь. Но сначала два часа прислушиваешься и злишься на мебель.

— Один раз стул скрипел совершенно неприлично.

— Ты вызвала администратора в три ночи.

Алина впервые улыбнулась по-настоящему.

— Теперь понимаю, почему вы поженились.

— Мы развелись, — напомнила я.

— Это тоже начинаю понимать.

Она легла на кровать, Глеб устроился на полу между нами и дверью, а я свернулась в кресле. Я уже проваливалась в дремоту, когда резко зазвонил гостиничный телефон.

Глеб поднялся одним движением и снял трубку.

— Слушаю.

В тусклом свете его лицо медленно становилось жестче, свободная рука легла на карман с флешкой.

Из трубки донесся мужской голос, достаточно громкий, чтобы услышали все:

— Госпожа Лаврова зря бронировала номер на свое имя. Через десять минут выведите девушку на заднюю парковку и принесите флешку. Тогда генерал и его бывшая жена смогут спокойно уехать.

Алина прижала ладонь ко рту, а Глеб медленно повернулся к окну.

— А если откажемся?

Мужчина тихо рассмеялся.

— Тогда отойдите от занавески. Наш человек уже смотрит на ваш номер.

Глеб не дернулся к занавеске, хотя именно этого от него ждали. Он положил трубку, выключил свет и показал нам опуститься ниже кровати.

— Откуда они узнали номер? — прошептала Алина.

— Бронь была на мое имя. Могли обзвонить мотели по маршруту.

Глеб повернулся ко мне. В темноте я не видела лица, но осуждение ощущалось почти физически.

— Не смотри так. Бронь делали до того, как клиентка скрыла половину свадьбы и весь вооруженный состав гостей.

— Я не смотрю.

— Ты взглядом оформляешь выговор.

Он сдержал ответ и спросил у Алины:

— Красная помада у вас?

Она расстегнула косметичку. На покрывало высыпались пудра, пачка купюр, запечатанная сим-карта и аккуратно сложенный светлый парик.

Глеб задержал взгляд на парике.

— Вы готовили смену внешности.

— Я сбегала от людей с охраной и доступом к камерам. Это ненормально?

— Нормально. Ненормально скрывать от Веры, насколько тщательно все подготовлено.

— Она могла отказаться.

— Эту фразу вы уже использовали, — сказала я. — Сейчас вы выглядите не беспомощной невестой, а предусмотрительной лгуньей. Это точнее и немного обиднее.

Алина сжала губы, но нашла помаду и протянула мне.

— Нажмите дважды, — сказал Глеб.

— Я помню собственную инструкцию.

— Тогда почему еще не нажала?

— Жду слова «пожалуйста».

Возле его рта обозначилось раздражение.

— Вера, пожалуйста, включи тревогу, пока нас не застрелили из-за твоей педагогической программы.

Я дважды нажала донышко. Футляр коротко завибрировал: координаты ушли диспетчеру, микрофон и мини-камера начали запись на защищенный сервер агентства. Диспетчер должен был связаться с Беловым.

— Хорошая вещь, — признал Глеб.

— Агентство тоже хорошее, хотя ты упорно называешь его способом влезать в неприятности.