Книга Узнай меня, если сможешь, страница 31 – Лада Шведова

— Это всего лишь твоя первая попытка, – примирительно сказала я. – Упасть раз сто подряд и не знать, как на ногах устоять – нормально. В следующий раз будет проще. А потом еще проще. А потом станет просто настолько, что ты оглянешься назад и посмеешься над собой, неловким. Ты же у меня спортсмен, должен знать, как спорт работает.

— Карате не так работает! – фыркнул Дэни.

— Так же. Ты просто уже не помнишь – много лет занимаешься.

— Ничего не так же! Там закрытая тренировка, группа равных по возрасту и умениям, разве не понятно?! А тут… все глазеют и ржут надо мной.

— Уверена, ты преувеличиваешь.

— Ничего не преувеличиваю! Отец так вообще не унимается.

— Он думает, что это тебя бодрит, – объяснила я. – А остальным – не поверишь – на тебя плевать. Даже если кто и правда посмеялся над твоими неудачами, так это не от большого ума. И даже этот «гений» сразу об этом забыл, а не запомнил тебя на всю жизнь как «того парня со склона, который смешно упал лицом в снег». И вообще… почему ты смотришь на других? Сосредоточься на себе и своих успехах, быстрее научишься кататься.

— Да я не хочу, мне не нравится! И лететь тоже никуда не хочу. Я бы лучше с пацанами все каникулы гулял. Разве ты – нет? – Он посмотрел на меня исподлобья.

— Нет. Пацаны подождут, а родители… не у всех такие классные, как у нас. Полагаю, лучшее, чем мы можем им ответить – быть классными и благодарными детьми. Понимаешь, о чем я? Мама уже недели две думает, как всех собрать в кучу, а планировать отпуск начала с лета. А мы с тобой… Ты все время недоволен, я подставила всех с зачетом… – А сейчас играла в странную и только мне понятную игру и хорошей дочерью себя уж точно не чувствовала, но об этом Дэни знать необязательно.

Брат с кислой миной покачал головой:

— Ты такая зануда, Санек. Предки у нас не занудные, это правда, но ты отрабатываешь за всех.

Я размахнулась, чтобы отвесить ему шутливый подзатыльник, но Дэни ловко увернулся, соскользнув на другой край лавочки, а потом и вовсе пересел напротив, довольно мне улыбаясь.

— Приходится быть занудой, раз ты такой придурок и всем компостируешь мозги.

— Что?! Да когда такое было?

— Прямо сейчас, например. Чего со склона убежал? Мы сюда и приехали-то ради тебя, чтобы научился. Вот и учился бы.

— Это тупик. Потому что я не хочу.

— А ты захоти! – передразнила я. – Представь всех тех девчонок, что точно западут на тебя, узнав, как много у тебя талантов. Да-да! – продолжила я вдохновенно сочинять, заметив, как глаза младшего загорелись при слове «девчонки». – Ты смотрел хоть один ромком? Там главный герой, считай – воплощенная мечта девчонок, всегда многозадачен. Он и музыкант, и умный математик, и немного программист, и спортсмен, причем не только каратист, а умеет все! В футбол там играть, на горных лыжах спускаться, сквозь огонь ходить…

— Прикалываешься надо мной? – заподозрил неладное Дэни. – Это что за ромком такой с пианистом-программистом-футболистом, в огне не горящем и в воде не тонущем?

— Очень жизненный, о том и речь.

— Угу, жизненный! А девчонка, надеюсь, тоже все это уметь должна?

— Ну… как тебе сказать… в ромкоме немного не такие законы.

— Как тебе сказать, – передразнил Дэни. – До сих пор общаешься со мной, как с пятилеткой. Бесит. Мне уже четырнадцать! Я почти совершеннолетний.