Книга Узнай меня, если сможешь, страница 78 – Лада Шведова

— Не стоило ли начать с вопроса: а как ты вообще катаешь, Александра? – встрял Рома. – Потому как подготовка для подобных спусков нужна нешуточная, а кое-кто сейчас явно думает не совсем головой. Уж точно не той, что на шее, – он с осуждением глянул на приятеля, а я в очередной раз покраснела от намеков, хотя могла бы уже привыкнуть. У парней такое, кажется, норма. Все шутки рано или поздно скатываются ниже пояса, и ничего с этим не поделать.

Раньше мне не приходилось бывать в чисто мужских компаниях, а в этой я уже воспринималась «своим пацаном», при котором можно не сдерживаться. Кир меня прямо так и назвал, когда я угостила всех пиццей. «Ну ты мужик, Сашка!» – серьезно заявил он, причем с таким видом, словно сделал комплимент. И я решила не заморачиваться и принять сию странную фразу именно как комплимент, которого не просила, но каким-то образом заслужила.

— Катаюсь хорошо и уже много лет, – осторожно сказала я, потому что Рома ждал ответа, поглядывая на меня с нетерпением.

— В пухляке тоже? В лесу?

— Полагаю…

— Выкапываться умеешь?

— Я…

— Технику падения в пухляк знаешь?

— Технику…

— По следу ехать умеешь?

Я чувствовала себя так, словно сидела на стуле в допросной, в лицо мне светил прожектор, а суровый дознаватель выпытывал правду. Щербаков и правда относился к покатушкам весьма серьезно.

— Я все равно собиралась отказаться, – нервно улыбнулась я. – У меня же семейные праздники и все такое. Мама с ума сойдет, только услышав ваши планы! Она заставила брата купить наколенники перед поездкой. И щиток на пятую точку, – и это было уморительно – видеть, как Дэни вопит о будущем позоре и говорит, что в жизни в таком виде на людях не покажется. Но что он хотел, вообще не умея кататься? Само собой, мама подстраховалась.

— Наколенники?! Чувака надо спасать! Сколько ему лет?

— Четырнадцать.

— Боги, твоя мама хочет нанести ему непоправимую травму?!

— Подозреваю, она хочет, чтобы он травм избежал.

— Серьезно?! – Щербаков заржал, словно услышал самую смешную на свете шутку. Опять та самая загадочная «мужская тема», при которой лучше переломать себе ноги, чем показаться на людях в наколенниках.

Почему-то мне тоже стало смешно, я весело прыснула, а потом и вовсе засмеялась в голос. И смеялась до тех пор, пока не почувствовала на себе чей-то взгляд. Это был Антон – он так смотрел на меня… завороженно. И тоже улыбался. И почему-то его взгляд смутил меня больше всего остального, хотя я смущалась уже столько раз. Но раньше не по-настоящему и как-то вскользь, а теперь вот всерьез.

Все изменилось между нами.

Как будто в горы мы приехали другими людьми.

Всей компанией мы прочесали город и промокли с головы до ног. В таком количестве снега просто невозможно иначе! Но домой возвращаться все равно не хотелось, ведь городок походил на сказку. Весь сверкал, несмотря на поздний час, и жил своей особенной жизнью. Рядом шумела река, стекающая с гор и никогда не замерзающая, и это зрелище завораживало тоже: поток темной бурной воды, окруженный хлопьями белого снега. И в реке отражались городские огни, а из колонок на центральных улицах лились новогодние песни.

Окончательно умотавшись, мы вернулись к себе и выпили горячего чая. Парни разошлись по комнатам, а я осталась на диване и долго переписывалась с мамой, уверяя ее, что все в порядке, я в безопасности, сыта, не обижена, не унижена и не замерзла. Обычно она не наседала на меня настолько, но я ее понимала – все же это не рядовая ночевка у Зои, это другой город, малознакомые парни, горы и невозможность в случае чего даже прийти на помощь.