Книга Лучшее завтра. Книга 1, страница 13 – Ппан Ким

— Вчера рыдала и орала о своей любви так громко, что все вокруг узнали, а сегодня придумала новую тактику?

— Какую тактику? – Я улыбнулась так любезно, как только могла. Чего это они? Пугают меня. Скорее бы уже ушли на продленку.

— Не смей заглядываться на Сонджэ. Я положила на него глаз еще на вступительной церемонии, – свирепо выдала девушка, у которой половина волос была распущена, а половина собрана в хвост.

На ее бейджике красовалось имя «Ким Оксун».

— А…

— Вот же нахалка. Еще акать тут будет.

— Да… – кивнула я.

Вы уже достаточно меня напугали. Уходите скорее. Что раньше, что сейчас, я трусила перед школьными хулиганами. Девушка с густо накрашенными ресницами и Ким Оксун наконец покинули пределы школы.

— Жуть какая…

Я стояла перед воротами и ждала, когда выйдет Сонджэ. Какое-то время я пинала лежащие на земле камни, затем перевесила рюкзак на живот, расстегнула молнию и достала послание. Я написала его, боясь, что не смогу выразить словами все, что хочу. Я и раньше много раз писала Сонджэ, но впервые собиралась вручить ему записку лично. Сердце колотилось так сильно, словно отбивало ритм на барабане.

И бумагу, и конверт я выбирала с особой тщательностью. Мне хотелось, чтобы и там, и там было изображено огромное сердце. Я погладила конверт, а затем вынула из него письмо. Развернув аккуратно сложенную в три раза бумагу, я увидела тщательно выведенные буквы – мне хотелось, чтобы все было идеально. Я пробежалась глазами по тексту, начинающемуся с имени «Сонджэ».

— Что? – поразилась я.

Я потерла глаза тыльной стороной ладони и снова посмотрела на письмо. Потом я выпучила глаза, затем несколько раз моргнула, но, несмотря на все мои манипуляции, факт оставался фактом: самое важное предложение стерлось.

Я помнила, как написала следующее: «ХХ/ХХ/ХХ ты простудишься. У тебя будет бессонница, поэтому ты захочешь принять снотворное, но прошу, день потерпи, даже если будет тяжело. Не принимай никаких лекарств и даже витаминов. Иначе тебе грозит опасность».

Однако сейчас вместо этого предупреждения был лишь белый лист.

Может, я просто подумала об этом, но не записала? Это вряд ли – чистой была только середина листа, а подпись «твоя фанатка» осталась на месте.

— Н-но как…

Я не верила своим глазам. Ведь я писала ручкой, а не карандашом! Да еще и закончить смогла только с третьего раза, потому что слезы размывали буквы.

— Как такое возможно?..

Я не могла заставить себя прямо сказать Сонджэ, что в будущем он умрет, поэтому с трудом сочинила это письмо.

Впереди раздались голоса. Я подняла голову, так и не закрыв открытый от удивления рот. В сторону ворот бок о бок шли Пэк Инхёк и Сонджэ. Я быстро смяла письмо и сунула его в карман.

— Ты пришла увидеть Сонджэ? – спросил Пэк Инхёк, попеременно глядя то на меня, то на друга.

До того как я увидела, что стало с письмом, все именно так и было. Я хотела встретиться с Сонджэ, чтобы вручить ему конверт. Но почему, черт возьми, мое послание исчезло?

— В-вот и нет. Пришла встретиться с другом.

— С другом? У тебя есть друзья в нашей школе?

— Есть. Его зовут Докбэ.

— До-о-окбэ-э-э? – противно переспросил Пэк Инхёк, словно не верил, что в их школе есть ученик с таким именем.

Громко кашлянув, я перевела взгляд на стадион, будто потеряв интерес к стоявшим передо мной парням.