Книга Близкие враги, страница 86 – Наталья Соболевская

— Да ну…. Быть такого не может, — заявила я и, тем не менее, забрала у родственника планшет и принялась вновь изучать фото. — А почему так дёшево? Наверняка есть какой-то подвох.

— Ну наконец-то, хоть какой-то интерес появился, — приободрился Марат и пододвинулся ближе, вернее, вплотную подсел, перекинул через мои плечи руку и свисающей кистью начал сам листать фотографии и при этом комментировать помещение. Получилось, что Воронцов говорил мне прямо в ухо.

Обвела комнату взглядом: с боку камин уютно потрескивает, из освещения, только приглушённо подсветка горит, никого вокруг нет, мы с Воронцовым сидим на диване, можно сказать, обнимаемся.

Поёжилась, может, у меня просто воображение буйное, но каким-то уж чересчур интимным кажется момент.

Мне бы сосредоточиться на том, что Марат говорит, информация-то полезная, всё-таки речь идёт о помещении для ресторана, а у меня мысли лишь об одном — Воронцов до неприличия близко.

Не то, чтобы мне неприятно, просто…. просто… волнительно, что ли. Нет, неправильное подобрала слово. Меня по определению не может волновать брат мужа. Но тогда какого чёрта сердце выпрыгивает из груди, щёки огнём полыхают, и ещё кое-что чувствую, о чём даже думать-то стыдно?

Блин, Марат, сделай доброе дело, отодвинься уже.

Поёрзала попой в попытке отползти от Воронцова.

— Настён, тебе что, неудобно? — мгновенно отреагировал родственник.

Ещё как! И удивительно, что ты сам не понимаешь, почему. Хотя есть объяснение. Марат коньяк хлестал наравне с папой и то, что он с пьяных глаз не врезается в стены и не спотыкается на прямом месте, ещё не означает, что полностью трезв. Алкоголь — штука коварная, лихо стирает границы дозволенного, и человек легко позволяет себе лишнее, даже не подозревая об этом.

— Ты очень горячий, — упёршись ладонями в мужскую грудь, чтобы подальше от себя родственника отодвинуть, выдала я. Только вот сказала я это не как объяснение, почему мне неудобно, а как комплемент, который никак не относится к температуре тела Марата, а, скорей, касается его темперамента. — То есть мне жарко, — заметив на лице Воронцова многозначительную ухмылку, сразу поправила себя.

— Что же ты так долго молчала? — Марат лишь с моих плеч руку убрал, а ёрзать по дивану, чтобы отсесть дальше, пришлось мне.

— У меня нет привычки перебивать, вот и молчала, — пояснила я и сразу увела разговор в сторону. — Марат, помещение, вау, вау и ещё тысячу раз вау, но цена сильно смущает. Дёшево очень. Никто не продаёт хорошие вещи с дисконтом, значит, подвох есть. Это же новострой, может, земля под здание не в собственности у застройщика, а лишь арендована, значит, будущий владелец помещения не на налог, а на ежеквартальный сбор налетает, который в несколько раз выше. Или застройщик не может сдать задание в эксплуатацию…

— О-о-о, — закатив глаза, протянул Воронцов. — Научил на свою голову. — Настёна, ты что, действительно прочла всё, что я посоветовал. Похоже, даже налоговый кодекс стороной не обошла.

— Ты же сказал кодекс изучить в первую очередь, а что, разве…

— Конечно, надо было выучить обе части от корки до корки и желательно с комментариями, — поспешил успокоить мужчина, при этом ему обязательно понадобилось положить на мою коленку руку и крепко так сжать. — Никто не спорит, ты молодец. Просто удивлён, когда только успела. Так, ладно, хватит о лирике, о деле давай. Настёна, запомни, если я тебе советую помещение, то значит, его со всех сторон обнюхали, надкусили, попробовали, проверили, то есть оно чистое….