Книга Счастье в 50. Драмы больше нет, страница 20 – Мара Евгеника

— Ну, вот за розовые шарики давай и выпьем. Бокал волшебным пузырьков будет вам обеим на пользу.

Юлька меня снова обнимает, опуская мои слова про Дениса.

— Мы же должны выпить за сбычту мечт. Давай за твою девочку. Нашу... Хочу быть крестной малышки. Не откажешь?

От слов подруги у меня на глаза наворачиваются слезы.

Я прекрасно знаю, чего они стоят Юле, потому что сама она не может иметь детей.

— Может не нужно. Знаешь, я пока лежала на диване отчетливо почувствовала толчок, – хмыкаю с сомнением с голосе.

— Это от нервов, милая! Малышка переживает вместе с тобой. А сейчас выпьет с нами шампусика и ей станет весело, – смеется Юлька и наливает в бокалы брют.

Наблюдаю, как бегут вдоль стенок веселые искрящиеся пузырьки.

— Музочка, давай выпьем за тебя! Ты настоящая женщина. Рискнуть в свои золотые годы оставить малыша - дорогого стоит. Я вот дура! Повелась на уговоры мужа. Теперь ни его, ни ребенка, – тяжело вздыхая, говорит подруга. – А ты, Музончик, никого не слушай, не верь и не бойся. Все будет хорошо.

Пригубляю вместе с Юлькой грамульку шампанского.

И хоть подруга меня ни о чем не спрашивает, сама начинаю пересказывать почти весь наш разговор с мужем.

— Если быть честной, то я прекрасно понимаю реакцию Дениса. Только мне ужасно резанули душу его слова: “Мужика детьми не удержать. Может наша семья уже изжила себя. Я без тебя не пропаду. У меня есть и своя… другая жизнь…” Знаю, что он это все мог выдать просто в порыве гнева.., – говорю, кусая губу.

— Не поняла, Муз. А что такое вот, что ты мне сейчас рассказала, случилось не в первый раз?

Приподнимает бровь Юлька и цокает языком.

— Ну…Да… Такое у нас бывает. Раньше редко. Теперь чаще, – отвечаю, растирая дрожащие пальцы.

— Ни фигас-с-се-е… И ты мне за все годы нашей дружбы ни разу об этом не рассказывала, - хмыкает подруга. – Муза, ты - железная леди! Горжусь тобой!

— Да, ладно тебе, Юль. Ты тоже молчала до тех пор, пока тебя в больницу не доставили со сломанным носом, челюстью и с черепно-мозговой травмой. Сколько лет ты терпела побои изувера – мужа? Извини меня, милая! – говорю со всхлипом, вытирая слезы, которые все же выступили на моих глазах.

— Музончик, нашла о чем печалиться. Пятнадцать лет прошло, – смеется Юлька, подливая шампанское. – Я, кстати, не совсем поняла высер Карповича про другую жизнь. Насколько я помню, он ни рыбалкой, ни охотой не увлекается.

— Не, ну подожди. У него все дни недели расписаны. Понедельник вечером у нас всегда большое совещание. Во вторник и четверг Денис играет в бильярд. В среду и пятницу ходит в бассейн. В субботу по расписанию в него стрелковый клуб. В воскресенье обычно он дома со мной.

— Какая насыщенная жизнь в Карповича. Озвезденеть. Не удивлюсь, если завтра выяснится, что он тайно посещает синагогу, – хмыкает саркастично Юлька.

— Причем здесь синагога? Карпович не еврей ни разу, – удивленно округляю глаза.

— Странно…Очень странно…А похож, – хмыкает Юля и продолжает, вздыхая. – Ладно, Мурзик, шутка. Эти слова в фильме “Бриллиантовая рука” домуправша говорит жене Сени Горбункова. Только вместо “синагоги” она произносит “любовницу”. Ну, и предчувствие тётку не обману…

Договорить подруга не успевает. Её прерывает рингтон входящего на моем телефоне. Вижу номер не из списка контактов. Но…