Книга 1812, страница 4 – Андрей Булычев

— Так вроде бы всё в порядке было, всех всё раньше устраивало, — вчитываясь в текст донесения, произнёс недоумённо Тимофей. — Что теперь-то не так?

— Да не-ет, всё хорошо, — успокоил его капитан. — Добавить кое-что только нужно. Александр Маратович ведь и Анну третьей степени, и новый чин за Батинское сражение получил. В Военное министерство положенное представление из полкового квартирмейстерства ушло, с описанием всех его заслуг, а вот в изначальном моём рапорте про его дела вовсе ничего и не прописано, воевал и воевал он там так же, как и все. А надо бы персонально добавить, а то приезжают, понимаешь ли, бумажные души сверху, почитывают листочки, цепляются к ним, вопросы всякие неудобные задают. Ну его, лучше уж в полный порядок всё заранее привести.

— Так я-то не против. Я только за. Александр Маратович — офицер храбрый и разумный, командовал людьми хоть при Батине, а хоть в других делах грамотно. Труса никогда не праздновал, за спины не прятался.

— Ну вот, значит, и пропиши всё грамотно! — воскликнул Копорский. — У тебя же голова хорошо работает. Что-нибудь эдакое: «Личным мужеством подавал пример для подчинённых к поражению турок двадцать шестого августа в сражении при Батине, где, находясь в атакующих первых рядах, ударив на неприятельские толпы, поражал оные повсюду», ну или вот про то, что он «личным примером ободрял драгун своего взвода и через то содействовал отбитию атаки сипахов на каре нашей пехоты, отчего принудил неприятеля к паническому отступлению». Ты подумай, подумай, Тимофей, и пропиши поглаже.

— Хорошо, Пётр Сергеевич, подумаю. И когда же нужно в квартирмейстерство сей рапорт занести?

— Да чего тянуть-то? — пожав плечами, заметил Копорский. — Прямо вот сейчас и пиши, а я погляжу, подпись поставлю, и ты сразу относи его. А то, если затянем, мне ведь Зорин всё темечко выклюет, ты же его знаешь. Потом самых худых рекрутов подсунет.

— Ну да, это запросто. — Тимофей вздохнул и, подтянув к себе пузырёк чернильницы, взял в руки перо. — Только про Александра Маратовича вставить, остальной текст рапорта не менять?

— Только вставить, — подтвердил Копорский. — Остальное-то всё хорошо, всё гладко прописано. Слушай, может, чтобы тебе не мешать, пойду я пока, посмотрю, как Неделин взвод принимает? А ты как закончишь — Ваську за мной пошли. Приду и подпишу его.

— Идите, Пётр Сергеевич, — кивнув, согласился Тимофей и, макнув перо в пузырёк, вывел первую строчку.

Ближе к обеду Тимофей ехал по городским улицам, направляясь в центр Ясс. Хорошо подморозило, снега было немного, и конские копыта звонко стучали по твёрдой земле. Около двухэтажного особняка, занимаемого комендатурой и штабами двух полков, спешился. Караул был сегодня от стародубовцев, знакомый вахмистр крикнул, и из здания выскочил молодой драгун.

— Вашбродь, давайте мне повод, привяжу коня сейчас. — Он козырнул офицеру. — Вон туда, где свободная коновязь, чтобы ваш с другими конями не озоровал.

— Спасибо, братец, — Гончаров поблагодарил шустрого паренька и пошёл ко входу в здание. — Здорово, Дорофеич! — Он кивнул вытянувшемуся перед ним унтеру. — Не знаешь, майор Зорин у себя?

— Здравие желаем, ваше благородие! — откликнулся тот. — Да вот, только-только перед вами зашли. От Фомы Петровича, с командирской квартиры они возвернулись.