Книга 1812, страница 70 – Андрей Булычев

— Оdchodzimy!^[17] — долетела до ушей команда на чужом языке. Всадники, подбирая по пути раненых, поскакали по дороге на запад. Вслед им уже россыпью били с валов редута.

— Спасибо, ребята! Спасибо! — Старший казаков подскакал на взмыленном коне. — Настигать ведь уже начали, ироды! И так троих кончали!

— Кто такие?! — оглядывая казака, поинтересовался Копорский.

— Полк Андриянова, третья сотня, есаул Чеботарёв, — ответил тот. — Половина отряда к генералу ускакала доложиться, а мы с ребятками этих за собой водили. — Он кивнул в сторону западного леса. — Ляхи. Сотни три их за нами погнались, уланские это мундиры.

— А с чего бы им за вами гнаться? — удивлённо спросил Назимов. — У нас ведь крепкий мир с Наполеоном.

— Нет больше мира, всё, кончился! — Казак в сердцах махнул рукой. — На реках хранцузы мосты ладят, по ним солдаты как муравьи на нашу сторону целыми тысячами перетекают. А эти, которые уланы, как только нас увидали — и сразу вдогон. Видать, наказ получили нас извести и не дать нашему начальству о тех мостах рассказать. Вот они и вцепились нам в спину. Ладно места хорошо знаем, разделились. А так бы всем гуртом скакали. Теперь-то, небось, и наших можно будет скоро сюда ждать. Уж всеми-то силами как ударим по ворогу и до Парижа погоним!

— Пётр Сергеевич, я своих всех пока подержу тут, пока подмога не придёт, — заявил командир егерей. — Да и ты бы далеко не отъезжал. Здесь хоть какое-никакое прикрытие у редута.

— Захотят обойти — ведь обойдут, — произнёс, нахмурившись, Копорский. — По той же чаще, и потом за спиной дорогу перережут.

— Я, пока приказ на отход не получу, заставу не покину, — заявил егерь. — Может, скоро сюда вся наша армия подойдёт, чтобы неприятеля отогнать? А я что, под суд за трусость и самовольное оставление позиций?

— Остаёмся, — подумав, принял решение Копорский. — Только нужна разведка дороги, и в местах обхода лучше бы ещё посты выставить.

— Согласен, — не стал спорить командир егерей. — Я по обеим сторонам от заставы в лесу пикеты спрячу, а ваших драгун и казаков можно по дороге послать.

— Годится, — согласился Копорский. — Есаул, вы с нами или в тыл поскачете?

— Так-то я за своих ребяток ещё не рассчитался, — произнёс, поглаживая рукоять сабли, Чеботарёв. — Говорил ведь, троих у меня срубили. С вами пока будем.

— Поручик Гончаров. — Капитан перевёл взгляд на Тимофея. — Берёте своих фланкёров и отряд есаула, проедете по дороге и разведаете её, но не дальше десяти вёрст. Буде встречен сильный отряд неприятеля — немедленно отскакивайте к заставе. Вы за старшего.

— Слушаюсь. — Тимофей козырнул. — Четвёртый взвод, перезарядить оружие! Есаул, выделяй пятерых самых опытных казаков в головной дозор. Очепов, ты со своей пятёркой тоже в ней. Идёте в полуверсте перед основным отрядом, слушаете и оглядываете всё, в случае чего отскакивайте к нам.

— Есть идти в головном дозоре, господин поручик. За мной, братцы! — И пятеро драгунов выскочили из строя.

— Грицак, догоняй со своими! — крикнул есаул, и из толпы казаков выехало тоже пятеро.

Объединённый отряд шёл неспешно по лесной дороге. В полуверсте наткнулись на лежавшую в кустах издохшую лошадь, рядом с ней валялась пика и окровавленная перевязь.

— Раненые есть. — Чеботарёв кивнул на тряпку. — Так-то хорошо вы их встретили, десятка три прямо у самых рогаток положили, а кто-то, видишь, подранком ушёл.