Книга На Запад!, страница 101 – Андрей Булычев

— Давне-енько мы уже вас здесь, Василий Андреевич, дожидаемся, – поздоровавшись с тысячным, протянул десятник розмыслов Торчин. – Некоторые уже даже в Молвотицах успели поджениться, – кивнул он на стоящих с длинными шестами воинов. – А что, городок немаленький, девок в нем незамужних тьма, а сам-то он недалече, всего с десяток верст от нас по прямой до него. Дело молодое, чего уж там. Мы переправу еще в сентябре закончили, дела особого и не было нам с той поры, если только местных туда-сюда перевезти, ну и так помочь чем, чтобы без дела вовсе не сидеть. А чего, вокруг лес добрый. Пару дней всем десятком топорами поработали, вот у нас уже и сруб готов, – и он кивнул на стоящие недалеко от воды бревенчатые строения. – Санный путь начнется, так и вывезут к себе все.

— Долго переправляться придется? – прервал рассказ десятника Василий. – У меня тут целая тысяча, а на каждого всадника еще по два заводных коня приходится.

— Ну, дня три, не менее того придется потратить, – окинув всю заполненную конницей поляну, задумчиво проговорил Торчин. – Это, конечно, если шибко стараться, а без спешки так и все пять дней уйдут.

— Долго! – резко бросил Василий. – Ни дня нам нельзя терять, десятник. Будем без остановки переправляться. Дела нас срочные ждут. Лишь бы твой паром выдержал.

— За это не беспокойся, Василий Андреевич, он выдержит, – заверил Торчин. – Плот крепкий, хоть и широкий. Просушен хорошо. К основному канату у меня еще три запасных имеется. И две лодочки тут же возле берега стоят. Лишь бы нам и твои люди помогали. Коли вам скорость нужна, так и самим поработать придется.

— Разумеется, поможем, – кивнул командир андреевской конницы и, обернувшись, махнул рукой. – Игорь, подводи свою первую сотню к мосткам!

Переправляли по два десятка коней разом. С причала заводили их по мосткам-сходам на паром и затем тянули руками толстый канат. Торчин же правил рулевым веслом. Течение само помогало людям. Поставит паромщик весло под нужным углом – и паром сам бежит куда требуется, помогай ему только ручной тягой. Да и воины, облепившие его по краю, изо всех сил отталкивались длинными шестами от дна. Кони, удерживаемые всадниками, волновались. Не давали им спрыгнуть с бревен ограждения по краю, сколоченные из длинных верхушек.

— Раз! Раз! Раз! – только и слышалось днем и ночью над Полой. Всхрапывали лошади, и доносился плеск воды.

Переправились все за два дня.

— Спасибо вам, братцы! – поблагодарил осунувшихся, умаявшихся до полусмерти паромщиков Василий. – Хороший паром вы сработали, вон ведь какую тьму переправили, – кивнул он на стоявшие на противоположном берегу конные сотни. – Теперь пусть мирным жителям тут служит.

— Удачи вам, ребятки, – махали вслед уходящей коннице розмыслы. – Помогай вам Бог!

— Ну что, ждем, когда санный путь встанет, а уже потом в поместье двигаем, – со вздохом сказал Торчин, вытирая мокрые от пота волосы. – Ничего, потрудились мы здесь славно, а вот теперь отдохнем. Ванька, Мирошка, вам баньку топить и воды наносить. Полуд, Юрий, вы ужин готовите. Все остальные, за мной! Надобно паром обиходить, поправить, а то вон как его после конной тысячи-то потрепало.

* * *

Следующая дневная остановка была через пять суток пути у крепости Холм. Ее воевода Ратибор самолично отпер тот особый амбар, в котором хранилась еда для долгих переходов и овес для коней.