Книга Западный щит Руси, страница 106 – Андрей Булычев

— Ну так пусть же попробуют обойтись без самбов и попробуют взять её сами, а мы посмотрим! Может быть, после этого с них слетит всякая спесь?! Святозар, тебя я попрошу остаться, все же остальные могут быть свободны! Толмач пусть тоже задержится.

Когда все вышли, Гланде позвал прислужника, и уже через минуту в два выделанных из рога кубка тот налил мёд.

— Отпей со мной, – предложил он русскому. – Ты хоть и человек не моей крови, но гораздо ближе, чем вожди многих прусских племён. У нас нет единства, и каждый опасается возвышения своего соседа. А как нам одолеть сильных немцев, когда мы разобщены? Если так пойдёт и дальше, то пруссы исчезнут под немцами, как лютичи, бодричи и поморяне. Я хочу единения племён, но для этого нужен сильный и великий вождь, за которым пойдут все. Великим его могут сделать только победы. Ты поможешь мне стать великим вождём, Святозар? – Гланде пристально вгляделся в глаза русскому командиру.

Тот не отвёл свой взгляд и медленно, чётко проговорил:

— Я помогу тебе стать великим, Гланде Самбор, и верю, что наши народы будут верными союзниками.

— Это я тебе обещаю, – улыбнувшись, сказал вождь самбов. – Пруссы верны клятве. Если мы победим, ты получишь её в сердце всех пруссов в священной дубовой роще Ромовэ. Думай хорошо, Святозар, самбы должны сами взять Бальгу.

Ранним утром собранное перед крепостными укреплениями двухтысячное войско вармов, натангов и погудов колыхалось. Жрецы провели обряды, окропив кровью жертвенных животных землю.

— Боги благоволят вам, воины, идите и добудьте победу! – кричали они, потрясая окровавленными внутренностями.

Полевые вожди и командиры прохаживались вдоль строя и ободряли людей. Наконец раздался рык сигнальной трубы, и вся эта огромная колышущаяся толпа ринулась на приступ.

— Плотно прут, – отметил Лютень. – Яро. Может, и прорвутся на стены?

— Поглядим, – медленно проговорил Святозар. – Слишком тесно бегут, сейчас камнемёты ударят, а вы примечайте, куда они камни кидать будут.

Действительно, за три сотни шагов в плотную толпу влетело несколько огромных стрел со скорпионов, а потом с хрустом ударила россыпь булыжников. Несмотря на потери, наполненная яростью толпа добежала до рва и начала его закидывать брёвнами, ветками и связками прутьев. Со стен, выкашивая плохо защищённых людей, ударили луки и самострелы.

— Вот тебе и яро, – проговорил Фрол. – Кровью истекут, пока до стен доберутся.

Несколько сотен атакующих прорвались через полузаваленный ров, вскарабкались на вал и начали приставлять длинные лестницы к основанию стены. Сверху на них летели брёвна, камни, стрелы, копья и болты. Лестницы сталкивали длинными шестами, и они падали, давя собой пруссов. Наконец те не выдержали такого избиения и, побросав весь осадной припас, ринулись назад.

— Шумилович, приметил, где нам лучше лучников выставлять? – спросил у стоявшего рядом Назара Святозар.

— Ну да, за сотни полторы шагов придётся, – ответил тот со вздохом. – Близко, а как по-другому? Для ополченцев и это много, дальше выставлю – они вообще стрелу до парапета не докинут.

— Ну, пусть тогда щитов больше ладят, – промолвил русский старшина. – А то половину вот так же, как эти, положим. – И кивнул на усеянное телами предместье. Даже сюда, за версту, доносились стенания раненых и покалеченных.