Книга Желтые цветы для Желтого Императора, страница 80 – Екатерина Звонцова

— Риски высоки, – не унимался Кацуо. – Хуже того. Даже если ее не раскроют, в поединке с Желтой Тварью, прямом или нет, девчонка умрет. Асиноби хороши в подсыпании ядов и засадах, неплохи в ближнем бою один на один, но Юшидзу…

Мэзеки опять вспылил:

— Может, сам переоденешься красоткой и как-нибудь там раздвинешь ноги перед Желтой Тварью? Или мне это сделать?

Кацуо глубоко вздохнул и потер веки.

— Хм. Кто я такой, чтобы учить первого косё наместника Никисиру. Уверен, этот план вы придумали не от отчаяния и не начитавшись плохих книг.

Что ж, по крайней мере, возможно, Кацуо сделал вывод, что имеет дело с жалким идиотом, и отсрочит предательство – если оно вообще планировалось. Топить щенят ему неинтересно точно.

— Несомненно. – Мэзеки с усилием разжал кулаки и ухмыльнулся. – Сам увидишь. Я…

Он не договорил: судно качнулось, будто на что-то наскочив. Река возмущенно плеснула, ярче засверкала серебром, но почти сразу где-то там, в ее мертвой глубине, проступили и стали стремительно приближаться темные пятна. Вода резко, будто в нее угодил метательный снаряд, брызнула вверх, и тяжелые потоки залили палубу.

Выпрыгнувший человек, высокий и плотный, еще в воздухе вскинул руку – и Мэзеки полетел спиной вперед в стену жилого отсека. Прежде чем боль обрушилась сотнями пылающих игл, он увидел: Кацуо устоял, его рука уже дернулась к катане – и вот он перетек в низкую стойку. Пружинистым толчком взвился в воздух навстречу мадзи. Туманную пустоту заполнил крик, и на доски упала отсеченная по локоть рука со все еще растопыренными пальцами.

Лицо Мэзеки заливала кровь. Но он улыбнулся, быстро собираясь с силами, чтобы вскочить и кинуться в бой. Какая удача! Кости мертвецов и правда делали свое дело.

По-настоящему обрадоваться он не успел: что-то тяжело приземлилось на грудь и прямо перед лицом клацнули острые зубы.

Псы, белые, гладкие, красноглазые, заполонили корабль с трех сторон. Выли и лаяли, скрежетали по дереву толстыми когтями. Кацуо знал, как долго их учили таким трюкам – бесшумно плавать под водой, выпрыгивать на высоту палубы среднего судна. Кацуо знал, потому что только псов мибу удалось этому научить. Только среди мибу служили зверословы с такими талантами.

Псы его отряда были черными и крупнее, другой породы. Что ж, значит, это не Отоки вступила в игру, в очередной раз проявив непредсказуемый северный нрав и решив самостоятельно сунуться в вопрос, в который ее настоятельно просили пока не лезть. Но все равно будет трудно сделать так, чтобы в Красном Городе не возникло лишних вопросов.

Мадзи рухнул в воду у Кацуо на глазах – и сейчас Река убивала его. Конечно, она не потерпела крови из обрубка. Бешеные волны напоминали щупальца огромного спрута, обвивали бьющегося мужчину, обрушивались на его лицо. Воды он уже глотнул. Движения становились все слабее, гримаса ужаса сменилась оцепенением. Веки опустились. Когда в шуме колесных лопастей корабля стихли крики, Кацуо перестал отвлекаться. Дел было достаточно.

Мэзеки уже вскочил и убил серпом нескольких псов. Кацуо одобрительно хмыкнул и, когда мальчишка подскочил к нему, велел:

— Ищи зверослова, тогда они перестанут нападать так слаженно. С остальным разберемся.

Мэзеки кивнул и помчался вдоль какубу. Кацуо начал огибать его с другой стороны; псы – большая часть – ринулись за ним. На бегу обернувшись, он отсек головы нескольким.