Книга Тысячи осеней. Том 1, страница 441 – Мэн Сиши

Изначально Шэнь Цяо беспокоился, что если новость о смерти Янь Уши разойдется по всей Поднебесной, то жизнь Юйвэнь Юна окажется в опасности. Но оказалось, что за несколько месяцев с тех пор, как они покинули Чанъань, Юйвэнь Юн не только не погиб, но и успел покорить империю Ци! Не удержавшись, он оглянулся на стоявшего рядом Янь Уши.

Но лицо того закрывала вуаль, и разглядеть выражение не получалось. – Империя Ци пала? – переспросил Шэнь Цяо. – Так быстро? Неужели они не дали никакого отпора?

Торговец вздохнул.

— Кто знает, может, войска Чжоу были слишком сильны. Эх, я вот сейчас думаю… Я сам из Ци. Все эти годы даже сюда, в далекий Тогон, доходили прискорбные вести о том, что государь Ци глупец, каких поискать… Но я никак не ожидал, что такая огромная страна действительно погибнет!

— Для простого народа будет лучше, если северные земли объединятся, – заметил Шэнь Цяо. – Когда все успокоится, то караванов на запад и обратно пойдет не меньше, а даже больше, чем прежде.

Торговец снова расплылся в улыбке.

— И то верно. Спасибо на добром слове! Надеюсь, когда-нибудь на Центральной равнине наконец-то и правда наступит мир, и в один прекрасный день я вернусь туда с женой и детьми и вновь увижу родные края!

Его разговор с Шэнь Цяо затянулся надолго. Торговец и рад был его продолжать, но тут он заметил, что Янь Уши, который все это время молча стоял рядом с Шэнь Цяо, не сводит глаз с леденцов, и вспомнил о торговле. Он торопливо рассмеялся:

— Эта госпожа, вероятно, ваша жена? Неужели она тоже из Тогона?

— Это моя младшая сестра, – пояснил Шэнь Цяо.

— Жена, – поправил его Янь Уши.

И Шэнь Цяо, и торговец лишились дара речи.

Шэнь Цяо подумалось, что Янь Уши, должно быть, недоволен тем, что его заставили нарядиться в женскую одежду, вот и прекословит ему назло. Но в присутствии постороннего Шэнь Цяо не мог с ним препираться, потому он лишь слегка кашлянул и попытался уладить недоразумение:

— Это моя младшая двоюродная сестра, нрав у нее весьма строптивый. Не удивляйтесь и не сочтите за обиду.

Если бы он не попытался объясниться, торговец бы тут же обо всем позабыл, но своими словами Шэнь Цяо, напротив, распалил его воображение, и торговцу тут же представилась история двоюродных брата и сестры, которые полюбили друг друга, но не могли быть вместе и потому сбежали вдвоем за тысячи ли от родного дома. Он закивал:

— Понимаю, понимаю!

Шэнь Цяо в замешательстве подумал про себя: «Я сам ничего не понимаю, а ты говоришь, что что-то понимаешь!»

Тем временем Янь Уши показал пальцем на леденцы.

— Хочу.

Его низкий голос нисколько не походил на женский, но торговца это ни капли не насторожило. В конце концов, за Великой стеной часто бывали сильные песчаные бури, из-за чего многие тогонские женщины разговаривали грубыми хриплыми голосами.

Так что, услышав пожелание Янь Уши, торговец мигом воодушевился:

— Чего желаете? Могу сделать для вас все, что угодно!

— Лошадь, корову, овцу… – принялся перечислять Янь Уши.

— Тебе и одного леденца хватит, – с недоумением заметил Шэнь Цяо, не зная, то ли плакать, то ли смеяться, – куда тебе так много?

— Тогда один, – согласился Янь Уши.

— Ладно, ладно, – рассмеялся торговец. – Тогда лошадь? Или корову? Овцу?

— Его, – Янь Уши ткнул пальцем в Шэнь Цяо.