Книга Искатель, 2012 № 11, страница 25 – Владимир Колабухин, Журнал «Искатель», Татьяна Косова, и др.

Пытаясь это осмыслить, Фрэнк долго хлопал глазами.

— Как — поставить власть! — чуть не крикнул он. — Мой Бобби там делами заправляет!

— То-то и оно, что, может быть, последние дни. Гросс слов на ветер не бросает, и натура у него такая — любого под себя подомнет. А ты имей в виду — столкнутся они лбами, как пить дать. Два медведя в одной берлоге не уживутся. Посему помолись лучше покрепче, чтобы твой братец не сплоховал.

Фрэнку без того было известно, чем заканчиваются в гангстерской среде споры за трон, сколько тех, с дыркой в голове, спорщиков и по сей день вылавливают из реки Моми.

— Боб тоже не слабак, еще неизвестно, кто кого подомнет, — произнес он сквозь зубы.

Пит усмехнулся.

— Вот выйдет Гросс на свободу, сколотит себе банду, там и видно будет, кто из какого теста.

Фрэнк подошел к окну, встал на цыпочки и заглянул поверх крашеной кромки. По ту сторону стены был виден стоящий под загрузкой студебеккер. Из-за угла цеха торчал скошенный к кузову автомобиля желоб. По желобу увесисто скатывались тюки ваты, которые подхватывал в кузове человек и ровно укладывал их между бортами.

— Послушай, старина, ты ведь ничем ему из тюрьмы не поможешь. Руки у тебя коротки, — попробовал его утешить Пит, подбивая к смирению.

Фрэнк поиграл желваками. Он думал, что имеет невозмутимый вид, однако глаза против воли выражали растерянность, которую при тонком психологическом исследовании можно расценить как сердечные чувства к брату.

— Один он у меня, понимаешь. Был бы он слюнтяем, я бы за него не волновался... — Он тряхнул головой и заявил: — Ерунда, мало ли что можно ляпнуть с дури.

— Что будешь делать? — спросил Пит.

— Думать буду.

На следующий день те же лица, закончив работу в цехе раньше остальных, на цыпочках прокрались к тому же убежищу. Раздвинули тумбочки и шмыгнули к окну.

Пит был спокоен, он закурил и смотрел, как Фрэнк мечется из угла в угол. Наконец Фрэнк остановился спиной к Питу и сказал:

— Гросс не выйдет из Эйборн.

Пит долго разминал в пальцах сигарету.

— Как это — не выйдет? — спросил, так и не дождавшись объяснений.

Фрэнк повернулся.

— Не выйдет. Получит новый срок и останется здесь.

— Ты, что ли, дашь ему новый срок? — прозвучало восхищенно. — Интересно какой и за что.

— Будет тебе язвить. Слушай давай.

План Фрэнка напоминал какую-то клоунскую репризу, сюжет которой весьма замысловат: заключенный предпринимает попытку побега из тюрьмы, однако предпринимает неосознанно, то есть совершенно этого не разумея. Вляпывается и, уже на полном серьезе, предстает перед судьей. Как известно, поползновение к побегу карается тремя годами лишения свободы. Столько наш герой под занавес и получает.

По поводу этого Пит подумал и выразил мнение, что если бы тюремный срок давали за глупость, то Фрэнк получил бы три пожизненных.

Фрэнк схватил его за ворот и потащил к окну. За окном стоял знакомый студебеккер, и, как вчера, кто-то укладывал в нем тюки ваты.

— Что видишь? — вдавил он Пита носом в стекло.

— Бэрдока вижу, который с Гроссом в одной камере.

— Балда. Про грузовик тебе говорю. Куда он поедет, когда твой Бэрдок его загрузит?

— Понятно куда, в «Белую лошадь». Тюрьма такая в шестидесяти милях отсюда. Там из этой ваты одеяла будут стегать.

— Чтоб ты пропал! — Фрэнк отпустил Пита и, набычившись, засунул руки в карманы. — Без тебя знаю, что в «Лошадь»! Но это потом, а перед тем, как выехать из Эйборн, куда?!