Книга Прости, Мария, страница 123 – Аманта Сантос

Она слабо улыбнулась.

— Меня сегодня чуть не убили. Если бы не Изабелла... — она зябко передернула плечами, заново переживая весь ужас случившегося. А Алехандро ощутил страстное желание сейчас же разделаться с теми, кто посмел напасть на нее. Как и при первой их встрече, ему захотелось обнять ее, утешить и оградить от любых обид.

Мысль о том, что кто-то хотел ее убить, привела его в ярость.

— Какой... — Он вовремя остановился, сообразив, что тут женщины. Ему очень захотелось выругаться, но он сдержался. — Ну-а, рассказывай, — приказал он, и Эвелин, даже не возмутившись его тоном, начала рассказывать. Впрочем, она уже пришла в себя и не назвала имени Аугусто. Просто на нее напали бандиты. Сначала ей самой нужно во всем разобраться.

Алехандро выслушал ее молча, не обращая внимание на оханье Марии и Изабеллы.

— Я с этим разберусь, — пообещал он. — Не волнуйся.

Донья Мати часто бывала в доме Марии, да и Мария также постоянно заходила к ней. Она любила бывать в этом доме, с которым у нее было связано столько воспоминаний, долгие годы, наполненные и страданьем и радостью, дом, где все еще жила их с Виктором любовь. Мария и донья Мати вели долгие беседы. Они вспоминали о том времени, когда Мария была еще совсем юной с двумя косами, Виктор простым учителем в школе. Им чудился стук швейной машинки и звонкий голосок маленькой Нагито. Тогда они были счастливы здесь, несмотря ни на что. Для доньи Мати было непереносимо видеть, как мучается Мария, как она переживает смерть Виктора. За последнее время Мария очень похудела и осунулась, ее бледность подчеркивало черное платье. Ее, раньше ясные и лучистые, строгие глаза были затуманены слезами и печалью. Мария теперь безучастна ко всему, она жила лишь воспоминаниями о Викторе, ее мучало чувство вины перед ним. Донья Мати стишком хорошо помнила, как угасала от скорби Перпита. Ей было больно думать о том, что с Марией может случиться тоже самое, поэтому однажды, скрепя сердце, она приступила к важному для них обоих разговору.

— Я знаю, Мария, как ты тоскуешь по Виктору. И я боюсь, что это убьет тебя так же, как убило Перпиту.

— Ах, донья Мати, теперь мне уже все равно. Виктор был единственной настоящей моей любовью и без него жизнь пуста и бессмысленна.

— Но, дочка, ты же еще полная сил, красивая женщина. У тебя есть дочь, любимое дело. И, наверняка, найдется еще мужчина, который оценит тебя по достоинству.

— Нет, нет, донья Мати, я не могу думать сейчас о замужестве.

— Ну, может быть, не сейчас, а немного попозже. Не отвергай эту возможность. Может быть, ты встретишь еще человека, которого полюбишь.

— Не знаю, но вряд ли я смогу полюбить кого-то еще. Виктор заполнил слишком большое место в моей жизни, чтобы кто-нибудь смог бы его заменить.

— Не зарекайся, Мария. Сколько женщин выходили замуж второй раз, хотя любили первого мужа и сильно переживали его смерть.

— Мне кажется, что я не смогу полюбить кого-нибудь так, как Виктора. Да и меня не интересует замужество, я вполне смогу прожить одна, заботясь о Лули и работать над новыми моделями. Сколько лет я занималась этим, сколько труда вложила в свое дело и теперь это поможет мне не думать о моем горе.

— Ах, Мария, если бы это было так! Но я вижу, как ты мучаешься, как ты переживаешь. Я знаю, что тебе плохо, что Виктора нет рядом, и боюсь, что с тобой будет то же, что случилось с Перпитой.