Книга Баллада о павших драконах, страница 240 – Сара А. Паркер

— Направляетесь в Гор?

— Около того, — отвечает Ноив. — У меня есть перья с моей забитой птицы, надеюсь продать их.

— Город уже забит до отказа. С вас три мешочка кровавого камня за проезд. Меры предосторожности, разумеется, на случай, если вы не уедете до падения.

Три мешочка? Меры предосторожности?

Какая же тупая херня.

Ноив долго и напряженно смотрит на него, затем цокает языком и приподнимает крышку отделения у своих ног. Она вытаскивает три пухлых коричневых мешочка с кровавым камнем и протягивает их.

Хотя она тут же возвращает крышку на место, глаза солдата оказываются быстрее.

— Все остальное, что там лежит, мы тоже заберем.

Я уже тянусь к кинжалу в ножнах, но рука Каана крепко сжимает мое запястье.

Грубиян.

Стиснув зубы, я расслабляю пальцы, надеясь, что он чувствует исходящее от меня раздражение.

— Пожалуйста, — произносит Ноив голосом, почти подходящим для почтительного служения. — Нет ничего лучше, чем набивать карманы нашего короля.

Солдат одаривает ее свирепым взглядом, принимая мешочек за мешочком с кровавым камнем.

— Теперь ваши вещи будут проверены на наличие зайцев, — бросает он так, будто мы только что не оплатили проезд дюжины человек. По крайней мере.

Он и еще три солдата без приглашения и разрешения обходят телегу.

— Всякие ублюдки в эти деи, — бормочет Ноив, щелчком отбрасывая окурок дымной палочки и стряхивая пепел в поднявшийся ветер. — Если спросите меня, все они — сборище невоспитанных дерьмоедов.

До нас доносятся глухие, протыкающие звуки — судя по всему, солдаты вовсю потрошат пухлые, набитые перьями мешки Ноив.

Приподняв бровь, я кошусь на Каана.

Он откашливается.

Слышится звук рвущейся ткани, после чего облако перьев взмывает в воздух, словно водоворот снега.

Ноив вздыхает и достает из набедренного кармана наполовину истлевшую палочку, зажимает ее между губами и поджигает кончик с помощью зажигалки.

— Мерзкие ублюдки, — бросает она, делая глубокую затяжку и одновременно пронзая свирепым взглядом стражников по другую сторону ворот.

Клод кружится и порхает среди перьев, танцуя под свою собственную музыку, пока солдаты завершают обыск и наконец двинулись вперед. Один из них кивком указывает на нас:

— Вылезайте, проверим под сиденьем.

Это начинает надоедать.

Каан спускается первым, несмотря на их отвратительные манеры, изображая хромоту — это ни капли не умаляет его внушительного присутствия, но я ценю старания. Он обходит телегу сзади и помогает спуститься ворчливой, сутулой Ноив.

Я следую за ними, занимая позицию с хорошим обзором на каждого солдата. Идеальная точка, чтобы понаблюдать, как подушки Ноив летят на землю.

Я морщусь.

Клод пускается в более резкий, визгливый танец, раскидывая перья так, будто это праздник. Покалывающее предвкушение внутри подсказывает, что для нее все станет гораздо интереснее.

Каан приближается ко мне, пока доску снимают и ворошат содержимое тайника — хотя у Ноив, похоже, нет ничего, кроме вяленого мяса, пары запасных дымных палочек и еще трех мешочков с кровавым камнем, которые стражники тут же прячут в задней части собственной телеги.

— Чисто! — орет солдат, и все они отступают от телеги так, будто бросают только что растерзанную тушу. Не выказывая ни малейшего желания убирать за собой мусор.