Онлайн книга «Баллада о павших драконах»
|
Именно это она всё ещё может сделать. Убегающая фейри спотыкается, и от этого движения моё нутро едва не выворачивает наизнанку. — Вставай! — выкрикиваю я, глухо сквозь кляп. ВСТАВАЙ! Раза делает бросок. Сбивает её с ног, быстро наклоняет голову и вырывает кусок мяса из её ноги. Обездвиженная, она воет. З звук, который рвёт меня на части, выбивая всхлип из моего горла, пока она царапает дымящуюся землю. Её тащат назад по зазубренному ландшафту к вулканическому бурлению, которое поглощает их обоих под аккомпанемент моих глухих криков. Не Кизари, — напоминаю я себе снова и снова. Не Кизари— Но она — чья-то чужая дочь. Возможно, чья-то чужая любовь или их смысл существования. Чьё-то чужое всё, теперь сгинувшее. Я рву толстые железные кандалы, удерживающие меня под потолком, активируя их руны. Почти приветствую гложущую боль, вспыхивающую в ответ, отчего холодные металлические оковы ощущаются точно зубастые челюсти, впивающиеся сквозь мою плоть и кости. Жестокость, полагаю. Она меркнет по сравнению с жгучей болью в моей груди. Словно эти же оковы сжаты вокруг моего сердца, сдавливая его при каждом стуке. Я изо всех сил пытаюсь заглушить неутолимую агонию; взять себя в руки, пока рвут других жертв. Внутренности вырывают наружу, и они шлёпаются на парящую землю. Их предсмертные крики заглушаются рёвом ненасытной толпы, которую я не могу видеть отсюда, снизу. Улюлюканье и вой, которые эхом отдаются ещё долго после того, как большинство зверей уже убрались обратно в свои огненные чрева с новой добычей в зубах. Я дрожу, несмотря на жару, всё ещё преследуемый тем холодным потоком, онемевшим меня изнутри. Тем флаконом с жидкостью, которую Серим заставила меня проглотить, — второй и третьей дозой, позже влитыми в меня против моей воли. Вполне возможно, что она оказывает то же действие и на Райгана, и он понятия не имеет о моих страданиях, но я не рискую, выковывая всё больше себя — своей сути — в чешую, которой уплотняю внутреннюю стену, отсекающую его. Стену, которую я укреплял и которая теперь стала настолько плотной, что удерживается даже в те мгновения, когда я терял сознание. Райган могуч, но так далеко на юге холод отнял бы у него жизнь. Медленная смерть, но она возобладала бы. Если он почувствует хоть на мгновение, что я в опасности, он выследит меня. Превратит это в ещё большую трагедию. Я устанавливаю ещё одну прочную чешуйку на место— Аркин проходит мимо с изысканной короной, свисающей из его руки. Он замирает перед решётчатыми воротами, его рваный плащ развевается в горячем серном выхлопе, доносящемся с арены, отчего его капюшон трепещет. Он сдёргивает его, обнажая затылок — мало чем отличающийся от затылка Паха, когда я срубил его с плеч. Покрытый клочьями тёмных, жиденьких волос, а в остальном — узловатый вихрь плоти, безошибочно изуродованной прикосновением пламени. Твёрдое доказательство того, что Сейберсайт Паха гнал его через равнины и обуглил изнутри наружу. Тишина виснет между нами, пока Аркин наблюдает, как последний фейри сходится в поединке с небольшим раза, роющим землю лапой… — Мах рассказывала мне истории об этих зверях, когда я был мал, — бубнит он так тихо, что я представляю, будто он говорит в основном сам с собой. — Говорила, что это бешеные духи погибших фейри, их разумы изувечены кровожадностью, а тела отлиты из огня. Перекованы Игносом так, как никто до конца не понимает. Они никогда не устают от битвы. Если их уничтожают, угли поглощают их, только чтобы выплюнуть обратно целыми. Или же они пируют. Растут. |