Книга Чёрный ратник 4, страница 42 – Макс Гато

Раздался звук шелестящей бумаги. Это Рощин принялся сверяться с цифрами.

— Стратегия конных рейдов требует, чтобы перевалы оставались открытыми, — сказал Рощин. — Три вылазки на скорости, три возвращения. Риск для кавалерии в плохую погоду.

Булатов едва сдержался, чтобы не поморщиться.

— Кавалерия, — криво усмехнулся он, — для этого и создана.

Рощин только примирительно поднял руки перед собой.

— Кавалерия — да, а вот люди — не совсем.

Разговоры о стратегии на предстоящей неделе продолжились, к обсуждению присоединился Глинский. Семён Стрешнев спокойно слушал. В какой-то момент он покосился на единственного человека, всё ещё сидящего молча.

В дальнем конце стола сидел мужчина в серых робах. Стрешнев редко видел его лицо, а после едва ли мог вспомнить его, а вот имя представителя Ковена он помнил хорошо — Марков.

— Мы можем ударить на север, — предложил Глинский.

Булатов только покачал головой.

— Местность трудная.

— Пехота и маги смогут, — невозмутимо продолжил Глинский и посмотрел на Рощина, — если их правильно снарядить.

Возникла небольшая пауза, в которой слышался только треск древесины в камине, разведённом от холодных горных ветров.

Семён ещё раз внимательно посмотрел на карту, а затем на Маркова. Представитель Ковена как будто только этого и ждал.

— Имперцы потеряли отряд из Волхвов при контрнаступлении, — спокойно произнёс он хрипловатым голосом. — Замена ещё не прибыла.

Булатов дёрнул плечом. Он всегда испытывал сомнения в разведданных, собранных третьей стороной.

— Ковен уже один раз просчитался, — коротко произнёс он, на что Марков почти не отреагировал.

— Существует оружие, которое мы пока не развернули, — сказал он. — Совет был проинформирован о его существовании.

— Ты просишь нас планировать вокруг оружия, — покачал головой Булатов, — которого мы не видели.

— Раскрытие нашего оружия потребовало бы демонстрации, — покачал головой Марков. Его хриплый голос звучал монотонно. — А демонстрация, к сожалению, недоступна в данный момент. Не стоит учитывать конкретный механизм, нужно лишь учитывать тот факт, что имперских оборонительных заклинаний и магических барьеров не хватит, чтобы защититься.

— Что нам придётся сделать, чтобы доставить это оружие на фронт? — спросил Рощин. Он перелистнул несколько страниц в своём журнале.

— Ковен всё сделает самостоятельно, — спокойно произнёс Марков. — Ваша логистика не является важной переменной.

Рощин опустил перо и переглянулся с Булатовым. Оба испытывали скепсис по поводу этого союза, но без Ковена у мятежников шансов было меньше, гораздо меньше. Маги Ковена позволяли выровнять шансы на поле боя против орденских ратников и имперских гвардейцев.

Марков же говорил с терпением, которое бывало у мага, привыкшего объяснять вещи, которые плохо переводились на язык не-магов. Но он сделал сегодня особые усилия.

— Наше оружие по своей природе материально. Можно сказать, телесно. Но не требует обычного снабжения.

— Наподобие Кошмаров? — с неподдельным интересом спросил Глинский.

Марков ответа не дал. Глинский посмотрел на Семёна Стрешнева. Семён задумчиво разглядывал карту. Он примерно представлял, что мог сделать Ковен в предстоящих сражениях, и прекрасно знал, сколько стоила их поддержка.

— Рощин, — коротко приказал Семён, — собери все припасы. Если нужно, перетряси усадьбы и поместья, но солдаты должны быть накормлены и готовы.