Книга Обнулённый 3, страница 28 – Макс Гато, Виктор Рэн

— Кир! — окликнул он и шагнул вперёд.

Альви. Скаут, которого мы вытащили с перекрёстка, когда двое демонов Анклава почти разделали его и его брата. Торви не повезло. Альви повезло.

Он протянул руку, и я её пожал. Хватка крепче, чем я ожидал. Парень окреп за ту седмицу, что нас не было в Шторрен-форте.

— Выглядишь лучше, — не преминул отметить я. — Вижу, что местная лекарка тебя уже подлатала.

— Госпожа Хана говорит, что мне ещё седмицу лечиться, — ответил он с грустью в голосе. — Но я уже могу держать меч, а значит, могу и на воротах покараулить. Сидеть без дела сейчас хуже любой раны.

— Лекарка с восточным говором? — уточнил я.

— Она самая, — кивнул Альви. — Строгая такая, но руки золотые.

— А о Сидоре есть какие новости? — спросил я.

Лицо Альви чуть посерьёзнело.

— Он и его отряд все еще на границе, — ответил он. — Барон оставил его людей в дозорах по всей линии пересечения с Анклавом. Так что он в форт пока не вернулся. Но и плохих вестей не было, а в наших краях отсутствие плохих вестей — это уже хорошие новости.

Я усмехнулся и аккуратно похлопал молодого воина по плечу. Он был прав. Иногда в Пределе отсутствие дурных новостей — это максимум того, на что можно рассчитывать.

— Эх, чего это я! — спохватился Альви. — Вы ж к барону наверное, а я вас тут задержал. Тео, открывай!

Последнюю часть фразы он адресовал уже кому-то за воротами.

— Брось, ты нас ничуть не задержал. Рад, что ты в добром здравии. — отмахнулся я и последовал внутрь крепости.

— Храни ваш отряд Верея. — осенил нас благословением Альви.

Но его слова не имели такого же эффекта, что у Франциска. Или, правильнее сказать, что у Истафана.

Мы прошли через ворота. Во дворе форта было оживлённее, чем в прошлый раз. Солдаты таскали брёвна, ремонтировали повозку, двое точили мечи у оружейной стойки. У стены лазарета на лавке сидел раненый с перебинтованной головой, а рядом с ним стояла та самая лекарка Хана, которую Альви почему-то называл госпожой — темноволосая, в фартуке — и меняла ему повязку. Она подняла голову, когда мы проходили мимо.

Я кивнул ей. Она кивнула в ответ. И посмотрела на мое раненое колено, что перевязывала в прошлый раз. Хана чуть заметно качнула головой, но мы достаточно быстро прошли мимо нее, чтобы я выяснял, было ли это с ее стороны одобрение или укор.

— Берт, Лазарь, — произнёс я. — Ждите здесь. В этот раз к барону пойду один.

Берт хмыкнул.

— Ты в последнее время всё куда-то один ходишь, — заметил он, но без претензии. — Смотри, осторожней там. Барон этот не пальцем делан.

Берт и Лазарь направились в сторону кухни, откуда доносился приятный запах горячей еды. Я же дошел до главного здания, кивнул молодому пареньку на входе — тому самому, что провожал нас в прошлый раз после ухода Сидора — и в этот раз без проблем и лишних проволочек добрался до кабинета барона.

Перед тем, как войти, я постучал. изнутри добрался едва различимый голос барона, и я решил, что дозволение войти было получено. И понял, почему паренек в прошлый раз так неуверенно мялся перед тяжелой дубовой преградой.

Барон Шторрен сидел за столом, заваленным бумагами и картами. Бумаг на столе стало меньше, чем в прошлый раз, зато карт больше. На одной из них деревянные фигурки обозначали позиции вдоль границы: несколько красных у западных гор, россыпь зелёных по центру, и ни одной на севере.