Книга Путь трёх совершенствований. Том 5, страница 161 – Дмитрий Крам

— У меня всё, ваша честь, — объявил адвокат.

— Скажите, господин Тафгаев, — вступил Шуббарт. — А неужели у Богданова не было конфликтов с другими членами команды? Я слышал, коллектив его особо не принимал.

— Это неправда. Адаптационный период — это нормально. Девушки у них там своё виденье иерархии и встраивание, а парням им надо соревноваться. Они в сцепках в игре к друг другу уважением проникаются. Когда ты измождён и шагаешь за пределы человеческих возможностей и видишь, что твой условный противник шагнул туда же и понимаешь, какие усилия на это нужны, вот тут рождается настоящая команда. Это их спаивает всех. А поначалу, конечно, нужно найти своё место в коллективе. Тем более Богданов тогда и с Дигмой совмещал, и со спортзалом, чтобы массу для игры набрать, и плюс дворовый КП. В общем… с ума бы сошёл любой другой.

— А правильно ли я понимаю, что их конфликт с Тадеушем зародился именно там? — спросил адвокат Ликтора.

— Там. Да. Но там и не вина Богданова была, если так рассудить.

— Ну конечно. Он вообще не в чём не виноват.

— Протестую, — подал голос Алекс.

— Подтверждаю, — сказал судья. — Рано вы туда полезли. Истоков конфликта с погибшим мы ещё коснёмся значительно позже и подробнейшим образом.

Фадей Васильевич сел, судья бегло ещё раз посмотрела, что про меня написали остальные тренера. Затем пригласили моего тренера с качалки, Василевс нахваливал меня, говорил, как мой результат замотивировал других спортсменов, упомянул, что я привёл Тора. А вот потом я, вообще, выпал в осадок.

— Защита приглашает Ланцио Мэтра.

Ковыляя, в зал вошёл дедуля судья-тренер из зареченских.

— Ланцио Мэтр. Восемьдесят два года, — представился он. — Чемпионил в своё время и за школу, и за университет, и по профессионалам. Заслуженный тренер Кадии. Доводил до чемпионства многие команды.

— Расскажите, пожалуйста, то, что поведали мне.

— Андрюшка молодец мальчик. Он моих зареченских оболтусов на путь истинный наставил. Они до этого всё больше драться на поле приходили. А Андрей сам дорогу через спорт увидел и моих туда за шиворот фактически. Они до сих все занимаются, серьёзно на будущий год настроены на городских соревнованиях себя показать и пробиться. Меньше шатаются, знаете ли, где ни попадя. Меньше жизнью рискуют.

Потом явился Саймон. Я старался держать лицо каменным, когда он нагло врал, заверяя, что я их избавил от всех видов зависимостей, заставил мыться и заниматься спортом, отучил драться и воровать.

Затем пришла Ариана Мартинес и Лупита, рассказывали, как я учил Лу, как помог ей перейти в новую школу и там поддерживал. Много лестных слов было сказано в мой адрес. Был бы девчонкой, точно бы слезу пустил.

После вызвали Томаса. Ещё пару одноклассников, но на них акцент особо не делали, они про меня детальнее потом расскажут.

— Защита приглашает Энди Комэска.

Я нервно покосился на адвоката вовсе не уверенный, что это хорошая идея. Мой бывший капитан по сборной Дигмы встал у трибуны и представился.

— Скажите, Энди, — начал плести свои сети Алекс. — Что вы можете сказать про моего подзащитного?

— Талантливый парень. Уникальный живой ум. Всегда команду на первое место ставит. Я вам пару эпизодов хотите расскажу, как он руку в пасть акуле сунул, например?

Он рассказал несколько эпизодов, выставляющих меня с положительной стороны. Энди пришёл зарыть топор войны, и я был ему за это благодарен. Но тут слово взял Лео Шуббарт: