Книга Код Изгнания, страница 3 – Евгений Волков

— Ага… Будь проклят тот день, когда я вообще связался с этим Артемусом, — тяжело вздохнул я, соглашаясь с напарником.

Харрг издал короткий, почти человеческий смешок. Артемус был на редкость скользким типом, мелкой сошкой в иерархии своего Дома, но иногда действительно подкидывал стоящие координаты. Жаль, что в этот раз мы купили за бешеные кредиты просто дорогой мусор.

Видимо, всё-таки придётся лезть вглубь фронтовых территорий. Конечно, фронт давно считался стабильным — насколько это слово вообще применимо к войне на истребление. После формирования объединённых флотов Империи и череды генеральных сражений, закончившихся взаимным уничтожением целых армад, и Пожиратели, и люди прекратили попытки глубоких прорывов. Уже несколько десятков циклов здесь не случалось ничего масштабнее локальных стычек. Я никогда не лез в высокую политику, но нутром чуял: за этой подозрительной заморозкой конфликта стоят какие-то теневые договорённости на самом верху.

Приборная панель издала сухой писк: сканирование последнего сектора завершено. Как я и думал — стерильно. Я тяжело выдохнул, опустил руки на подлокотники, позволив пальцам на секунду погрузиться в податливую материю умного ложемента, и отправил разведывательным дронам команду на возврат.

— Значит, прыгаем вглубь? — деловито уточнил ракси.

— А у нас есть выбор? — мрачно отозвался я, глядя на мерцающие отметки возвращающихся дронов. — Если не раскопаем ничего полезного, сдохнем от холода и истощения. Ресурс корабля не бесконечен, и духом Императора реактор не заправишь.

* * *

Корабль пробил темноту ослепительной вспышкой: ткань реальности сомкнулась за кормой, выплёвывая нас из гипера. Я тут же бросил корвет в сторону, уводя его с вектора прыжка. Базовая предосторожность — гравитационный шлейф прокола отслеживался слишком легко. Я не мог с уверенностью сказать, есть ли в этой мёртвой системе кто-то ещё. К сожалению, сканер дальнего действия давно сгорел, так что паранойя оставалась нашим главным союзником.

Система находилась в самом глубоком секторе Фронтира, фактически на нейтральной полосе фронтового пространства. В теории здесь ещё оставалось чем поживиться. Нейроинтерфейс мягко пульсировал на затылке, позволяя мне «видеть» и «ощущать» окружающий космос так, словно не было никакой брони и переборок — только я и ледяная пустота.

Сам по себе нейроложемент был безумно дорогой аристократической приблудой, доставшейся мне вместе с «Тенью». Изначально корвет управлялся полноценным ИИ ранга «Абсолют» по имени Лили. Настоящий шедевр имперской кибернетики. Но мне никогда не нравилось делегировать собственную жизнь машине. Поэтому сначала я отрезал ИИ от систем управления, а затем и вовсе перевёл в режим глубокого сна. Жрала она столько энергии, что нашему старому реактору это было просто не потянуть.

Фальшпанели на обшивке «Тени» с тихим гулом, слышным только в рубке, разошлись в стороны, выплёвывая в пустоту рой разведывательных дронов. Убедившись, что они легли на курс, я разорвал синхронизацию и вынырнул из интерфейса в реальность. Несколько раз тяжело моргнул, привыкая к тусклому освещению рубки, и привычным жестом вывел на главный тактический экран архивную карту системы.

Когда-то и здесь горело своё светило, но теперь система была так же мертва, как и предыдущая. Отличие заключалось в другом: в самом начале вторжения Пожирателей здесь проходил важнейший логистический узел Коалиции. По крайней мере, так утверждали старые навигационные логи. Шанс вытащить отсюда что-то действительно ценное был.