Книга Хроники Менталиста 4, страница 15 – Ярослав Чичерин, Сергей Орлов

— Слухи не врут, — процедил он сквозь зубы.

Я дёрнул его руку на себя, одновременно подставляя подножку. Один из уличных приемчиков. Вихрь покачнулся, но не упал — вместо этого использовал инерцию, развернулся и его свободная рука полетела в ответку. Я отпустил его запястье и отпрыгнул, но не успел полностью — его кулак скользнул по рёбрам, выбивая воздух из лёгких.

Больно. Но не критично.

Мы разошлись по разным концам переулка, тяжело дыша. Пар от нашего дыхания смешивался со снежной пылью.

— Ты тренировался, — констатировал я, растирая бок. Там уже начинал наливаться синяк.

— Каждый день, — Вихрь покачал головой, разминая плечо. — Три месяца готовился, чтобы тебя порвать.

— И как успехи?

Он усмехнулся:

— Пока ничья.

Я оттолкнулся от стены и пошёл вперёд. На этот раз атаковал я — связка из четырёх быстрых ударов, которым меня учил Григорий. Левый джеб, правый кросс, хук слева, апперкот. Вихрь блокировал первые три, но четвёртый прошёл — мой кулак впечатался ему в подбородок с глухим хрустом.

Его голова откинулась назад, но он не упал. Вместо этого инстинктивно контратаковал — я увидел его руку только краем глаза и попытался увернуться, но он оказался быстрее. Удар в солнечное сплетение согнул меня пополам, и следующая секунда превратилась в хаос.

Мы сцепились в ближнем бою, больше похожем на уличную драку, чем на боксёрский поединок. Короткие, жёсткие удары в корпус, попытки захватов, болевых, подсечек. Я чувствовал, как амулет раскаляется на груди, готовый высвободить силу, но сдерживал себя. Это будет переход на другой уровень боя. А мне это не нужно.

Судя по напряжению в воздухе, Вихрь думал так же. Я чувствовал, как вокруг него вибрирует невидимая энергия — его телекинез, готовый сорваться с цепи. Но он тоже держался. Берёг силы.

Мы оба понимали: настоящий бой будет на ринге.

Наконец, после очередной серии ударов, мы одновременно отпрыгнули друг от друга, тяжело дыша. Мой рот был полон металлического привкуса крови — видимо, прикусил язык. У Вихря над бровью набухала шишка, а из разбитой губы сочилась красная струйка.

Мы стояли, согнувшись, опираясь руками о колени, и пытались отдышаться. Снег продолжал падать, оседая на наших плечах белыми хлопьями.

— Достаточно, — выдохнул наконец Вихрь, выпрямляясь. Он провёл рукой по губе, размазывая кровь. — Это глупо.

— Что именно? — я тоже распрямился, массируя рёбра. Каждый вдох отдавался болью.

— Драться здесь. Сейчас. — Он покачал головой. — Мы оба знаем, что всё решится на ринге. Так зачем устраивать репетицию в грязном переулке?

Он был прав. Эта стычка ничего не решала. Мы оба проверили друг друга, убедились, что противник силён, и теперь продолжать было бессмысленно.

— Тогда зачем заманил меня сюда? — спросил я, прислоняясь к стене. Ноги всё ещё подрагивали от адреналина.

— Потому что хотел поговорить, — Вихрь тоже отступил к противоположной стене, держась на безопасной дистанции. — Поговорить по-человечески. Без боссов, без ставок, без этого цирка. — Он провёл рукой по лицу, и я заметил тёмные круги под его глазами. — И проверить тебя. Узнать, стоит ли вообще пытаться.

— Пытаться что?

— Остаться живым, — просто ответил он.

Воздух между нами изменился. Агрессия ушла, сменившись чем-то другим. Усталостью. Пониманием. Мы оба знали, что значит быть загнанным в угол. Оба знали, каково это — драться не за славу или деньги, а за право жить дальше.