Книга Хроники Менталиста 4, страница 74 – Ярослав Чичерин, Сергей Орлов

Я сделал выбор.

Может, правильный. Может, нет.

Но это был мой выбор.

Третий этаж встретил нас гробовой тишиной. Коридор был пуст — вся охрана внизу, разбиралась с хаосом после того, как мы с Вихрем устроили им представление. Или эвакуировала важных гостей. Или просто тупо не знала, что делать после того, как их босс перестал отдавать приказы.

Наши шаги гулко отдавались от стен — особенно тяжёлые шаги Вихря, который нёс Кристи. Я шёл позади, держась за стену левой рукой и оставляя кровавые отпечатки на дорогих обоях. Кровь всё ещё сочилась сквозь импровизированную повязку, хоть и медленнее. Голова кружилась, мир время от времени терял фокус, расплываясь по краям.

Но я шёл. Потому что останавливаться было нельзя. Потому что если я остановлюсь, то упаду. А если упаду, то не встану.

— Лестница, — Голышев указал на знакомый проём впереди.

Спуск на второй этаж был медленным, мучительным. Каждая ступенька отзывалась новой вспышкой боли в плече. Ноги подкашивались, приходилось хвататься за перила здоровой рукой, чтобы не рухнуть вниз кувырком.

Вихрь остановился, обернулся ко мне:

— Нужна помощь?

— Нет, — отрезал я, и голос вышел резче, чем хотелось. — Справлюсь сам.

Он понял. Гордость, глупая мужская гордость, не дающая признать слабость. Он просто кивнул и продолжил спускаться.

Второй этаж был не таким пустым. Здесь, по коридору, валялись тела охранников, которых мы вырубили по пути наверх. Некоторые всё ещё были без сознания, распластавшись в неудобных позах. Но двое уже начинали приходить в себя — один стонал, держась за голову, второй пытался сесть, тряся головой и моргая, словно не понимая, где находится.

Голышев не стал церемониться. Он просто выпустил два коротких звуковых удара. Направленные, точечные, не смертельные, но достаточные, чтобы вырубить снова.

Оба рухнули обратно, и мы прошли мимо, не замедляясь.

Я смотрел на эти тела и думал: сколько людей сегодня пострадало из-за меня? Сколько было ранено, покалечено, убито? Охранники просто делали свою работу. Защищали своего босса. А я…

Я превратил их рабочую смену в кошмар.

«Перестань», — одёрнул я себя. — «Они бы убили тебя без колебаний. У тебя не было выбора».

Но голос внутри, тихий и назойливый, шептал: «Выбор есть всегда. Просто сегодня ты выбрал насилие».

Первый этаж встретил нас какофонией звуков.

Крики. Стоны. Плач. Топот множества ног. Приказы, которые никто не выполнял. Звук разбиваемого стекла где-то в глубине здания. Вой сирен снаружи — полиция уже ехала, привлечённая хаосом и слухами о беспорядках в «Морском дьяволе».

Зал был похож на поле боя после сражения. Перевёрнутые столы и стулья валялись повсюду, как игрушки гигантского ребёнка, устроившего истерику. Разбитые бутылки, лужи алкоголя вперемешку с кровью, осколки хрусталя, растоптанная еда. Люди всё ещё толпились у выходов, давя друг друга в попытке вырваться наружу.

Охрана металась между ними, пытаясь навести хоть какой-то порядок, но это была безнадёжная задача. Паника — штука заразная. Стоит одному начать кричать и бежать, и остальные следуют за ним, не задумываясь.

Мы двигались вдоль стены, стараясь держаться в тени и не привлекать внимания. Голышев шёл впереди, расчищая путь звуковыми толчками, когда кто-то случайно загораживал дорогу. Вихрь следовал за ним, крепко прижимая к груди бесчувственную Кристи. Я замыкал цепочку, с трудом держась на ногах и молясь, чтобы никто не обратил на нас внимания.